Староста выездная практика читать
Студенты по обмену 2.
Местоположение «Где-то в лесах вблизи поселения Мергулот».
В детстве всех детей пугают байками на ночь.
Жуткими призраками, что высасывают душу, «Бабайкой», что живёт под кроватью, «Наргнилами», что поедают плохих детей, не убирающих игрушки на ночь в сундук.
Но самая страшная была сказка-страшилка про «Назглов». Все рассказывали её на свой манер, но всегда неотъемлемо одно и тоже проскальзывало в этих жутких историях.
«Назглы» – существовали больше двухсот лет назад.
Они были похожи на пауков, но гораздо-гораздо больше. Поэтому простые люди и прозвали их «переростками».
Они высасывали магию и нападали только по ночам.
Будучи маленькой я не верила ни одному слову старших, считая, что они просто пугают непослушных детей, к которым меня причисляли, но случилось так, что я поверила.
Приехав однажды к бабушке со старшими братьями-хохмачами-близнецами, что были старше меня на пять лет, я познакомилась с прадедом. Он то мне и рассказал всю историю, ставшей легендой с самого начала, пока братья занимались магией в саду, подальше от чужих глаз.
И вот не поверить ему, я никак не могла. Ведь он видел их своими глазами.
Назглы были неведомым гибридом тарантула, взращённых до громадных размеров. Как магически одарённое создание, оно должно было подпитываться магией.
«— А откуда её взять тупой твари, что не умеет тянуть её из окружения? Правильно из магически одарённых людей!»
Он рассказывал свои исследования и наблюдения об этих гигантах. Делился всем, что знает, не обращая внимание на бабушку, что смотря на нас хмурила белые брови. Она не разу за тот вечер не прервала его, будто зная наперёд – Он рассказывает мне то, что обязательно пригодиться в жизни.
И он говорил и говорил, а я впитывала, как губка, его слова.
О слабых местах этих тварей – загривке и брюхе.
О глазах, что не переносят яркого солнечного света.
О паутине, что работает для них, как сверхчувствительная локация.
Даже про то, как твари убивает людей.
Они приходили под покровом ночи и нападали на всех людей без разбору. У некоторых выпивали жизнь, убивая мгновенно. Магов же опустошали и бросали полуживыми, чтобы подкрепиться потом вновь. И те арахниды, что выпивали магически одарённого мага – становились сильней. Если маг был огненным, он спокойно мог проглотить атаки его собратьев по Стихии. Если же водный, то утопить паука уже не представлялось возможным.
Но к его наблюдениям не прислушивались и пытались справиться сами.
Кто из военных будет слушать шестнадцатилетнего юнца, что ни разу не бывал в бою и из-за книг голову не поднимает?!
А твари всё наступали и всё больше поглощали магов, делая сильнее и неуязвимей себя и ослабляя нас – Сальярийцев.
А потом стало поздно.
Одна тварь умудрялась поглотить разностихийных магов, словно натасканная не есть одни и те же Стихии, и вскоре стала неуязвима.
Оставалось только искать другой путь к спасению.
Искать другую слабость.
И этой слабостью стали их глаза. Яркий свет ослеплял их тормозил, причинял боль. Это помогло притормозить атаки хоть на время. А после в рядах магов появились «разрисованные» войны. Люди, что жили на севере, в соседнем государстве – АйнКраде. Они научились Призывать и Покорять демонов, а обуздав их мощь, спешили на помощь своим «бывшим» врагам. Ведь «зараза» в виде переростков распространялась и на их земли вблизи границы.
Появление в рядах новых магов, что ещё не изведал Назгл, значительно помогло армии. Их пламя они не всегда могли поглотить. Огонь причинял им раны, потому что был не стихийным, а демоническим.
И что бы не писали в летописи про подвиг Эолзера, не он был первым шагом к победе, а соседи, что пополнили ряды!
Тогда-то и была разослана весть, что в паре с Айнами нас ждёт успех. Стихийные научились навешивать общий маскирирующий контур и защищали Покорителей, боясь только одного. Если Назгл поглотит и их, то его уже мало, что сможет остановить. С одним Айном в бой выходило по три-четыре Стихийных. А когда у воинов на руках появились артефакты «света» они смогли начать теснить переростков со своих земель.
С артифакторами и щитовиками были разработаны столпы, что изготавливал весь мир. Все кто не участвовал в стычках и обороне. Столпы не только слепили тварей, но и выстраивали непробиваемый для фауны щит, рассчитанный именно под Назглов и включающийся при их приближении.
Были собраны правители двух государств, для обсуждения новой стратегии и обрисована граница, куда этих тварей будут загонять.
А щит, что разработали во время перемирия, использовали для восстановления границы между Сальярией и АйнКрадом.
Ночная страшился стала для меня историей из жизни моего прадеда. И я не могла не верить слушая его, и видя, как он создаёт мне иллюзии легендарных тварей прямо в воздухе.
Я хотела узнать, как можно больше про переростков, после истории прадеда, но настала война с АйнКрадом и мне… было некогда сидеть в библиотеке.
Много лет спустя, когда я стала свободной, всё чаще хотела наведаться к «мёртвым землям» и посмотреть поближе работу самого Эолзера. Первого правителя Сальярис, занявшего трон не по силе, а по заслуги перед государством. Знаменитый столп «Эриг», о котором я прочитала всё что отыскала. Даже личные записи Правителя о его создании, механизме и подробной сборке.
Я прочла всё и мечтала когда-нибудь, нарушить единое правило для всех, – сбегать к границе «мёртвых земель», чтобы влезть в столп, и посмотреть в живую отголосок прошлого. Увидеть своими глазами частицу нашей истории, что всегда присутствовала в страшных байках старших, которыми и по сей день пугают своих чад на ночь.
Но я навсегда запомнила слова любимого прадеда:
«Они огромны и опасны!
Они выпивают жизнь и магию!
Это невыносимо больно. Жгучий лёд растекается по телу, ты чувствуешь, как внутри рвутся магические связи, что передают магию из Анарэль в руки. Ничего больнее в жизни нет!
Бойся встречи с ними!
Бойся их дыхания, что заберёт магию вместе со всей подвластной Стихией!
Бойся, дитя! Бойся и беги при встречи.
Или… ИЛИ СРАЖАЙСЯ ДО ПОСЛЕДНЕГО ВЗДОХА. »
И только сейчас, смотря в красные глаза переростка, что нависал надо мной, я понимаю, бабка «Видящая» знала – мне предстоит встреча с ними, поэтому и НЕ МЕШАЛА в тот день.
❧Глава 2. И мир померк для меня. ❦
Тварь висела вверх брюхом, и смотрела на нас своими глазами. Внутри всё заледенело от ужаса реальности. Крик Террарии разнёсся по всему лесу, а в следующую секунду громадное чудище прыгнуло вниз, прямо на кричащую жертву.
Староста выездная практика читать
Студенты по обмену 2.
Территория Сальярис.
Местоположение «Где-то в лесах вблизи поселения Мергулот».
В детстве всех детей пугают байками на ночь.
Жуткими призраками, что высасывают душу, «Бабайкой», что живёт под кроватью, «Наргнилами», что поедают плохих детей, не убирающих игрушки на ночь в сундук.
Но самая страшная была сказка-страшилка про «Назглов». Все рассказывали её на свой манер, но всегда неотъемлемо одно и тоже проскальзывало в этих жутких историях.
«Назглы» – существовали больше двухсот лет назад.
Они были похожи на пауков, но гораздо-гораздо больше. Поэтому простые люди и прозвали их «переростками».
Они высасывали магию и нападали только по ночам.
Будучи маленькой я не верила ни одному слову старших, считая, что они просто пугают непослушных детей, к которым меня причисляли, но случилось так, что я поверила.
Приехав однажды к бабушке со старшими братьями-хохмачами-близнецами, что были старше меня на пять лет, я познакомилась с прадедом. Он то мне и рассказал всю историю, ставшей легендой с самого начала, пока братья занимались магией в саду, подальше от чужих глаз.
И вот не поверить ему, я никак не могла. Ведь он видел их своими глазами.
Назглы были неведомым гибридом тарантула, взращённых до громадных размеров. Как магически одарённое создание, оно должно было подпитываться магией.
«— А откуда её взять тупой твари, что не умеет тянуть её из окружения? Правильно из магически одарённых людей!»
Он рассказывал свои исследования и наблюдения об этих гигантах. Делился всем, что знает, не обращая внимание на бабушку, что смотря на нас хмурила белые брови. Она не разу за тот вечер не прервала его, будто зная наперёд – Он рассказывает мне то, что обязательно пригодиться в жизни.
И он говорил и говорил, а я впитывала, как губка, его слова.
О слабых местах этих тварей – загривке и брюхе.
О глазах, что не переносят яркого солнечного света.
О паутине, что работает для них, как сверхчувствительная локация.
Даже про то, как твари убивает людей.
Они приходили под покровом ночи и нападали на всех людей без разбору. У некоторых выпивали жизнь, убивая мгновенно. Магов же опустошали и бросали полуживыми, чтобы подкрепиться потом вновь. И те арахниды, что выпивали магически одарённого мага – становились сильней. Если маг был огненным, он спокойно мог проглотить атаки его собратьев по Стихии. Если же водный, то утопить паука уже не представлялось возможным.
Но к его наблюдениям не прислушивались и пытались справиться сами.
Кто из военных будет слушать шестнадцатилетнего юнца, что ни разу не бывал в бою и из-за книг голову не поднимает?!
А твари всё наступали и всё больше поглощали магов, делая сильнее и неуязвимей себя и ослабляя нас – Сальярийцев.
А потом стало поздно.
Одна тварь умудрялась поглотить разностихийных магов, словно натасканная не есть одни и те же Стихии, и вскоре стала неуязвима.
Оставалось только искать другой путь к спасению.
Искать другую слабость.
И этой слабостью стали их глаза. Яркий свет ослеплял их тормозил, причинял боль. Это помогло притормозить атаки хоть на время. А после в рядах магов появились «разрисованные» войны. Люди, что жили на севере, в соседнем государстве – АйнКраде. Они научились Призывать и Покорять демонов, а обуздав их мощь, спешили на помощь своим «бывшим» врагам. Ведь «зараза» в виде переростков распространялась и на их земли вблизи границы.
Появление в рядах новых магов, что ещё не изведал Назгл, значительно помогло армии. Их пламя они не всегда могли поглотить. Огонь причинял им раны, потому что был не стихийным, а демоническим.
И что бы не писали в летописи про подвиг Эолзера, не он был первым шагом к победе, а соседи, что пополнили ряды!
Тогда-то и была разослана весть, что в паре с Айнами нас ждёт успех. Стихийные научились навешивать общий маскирирующий контур и защищали Покорителей, боясь только одного. Если Назгл поглотит и их, то его уже мало, что сможет остановить. С одним Айном в бой выходило по три-четыре Стихийных. А когда у воинов на руках появились артефакты «света» они смогли начать теснить переростков со своих земель.
Студенты по обмену. Староста боевого факультета.
У вас появилась возможность начать слушать аудио данной книги. Для прослушивания, воспользуйтесь переключателем между текстом и аудио.
❧Глава 26. Выездная практика.
Пробуждение началось в шесть, мать его, утра с громкой пронзительной сирены. Мы вскочили с постели и выбежали в коридор, кто в чём спал. В общем коридоре нас ждала полностью одетая Староста с кружкой кофе в руках.
— Где пожар? – вопросил Сангр, облизывая фигуру Старосты, что сегодня была не в форме карателя.
Тёмно-зелёный костюм для практики гармонично смотрелся на Цербере и чем-то напоминал экипировку чёрной стражи. Обтягивающие, словно вторая кожа, штаны с ремнём. Тёмно-зелёная водолазка из термо-ткани, в которой не жарко и не холодно, облегала женскую грудь и плотно прилегала к шее. Не было на ней лишь корсета, но чёрная кожаная куртка от любимого наряда присутствовала поверх водолазки, как обычно.
— Успокойтесь, это сигнал к началу сборов. У вас пятнадцать минут, и… не заставляйте меня и всю группу вас ждать! Надеюсь, вещи по списку вы собрали вчера! – отозвалась девушка и обвела нас всех ядовито-зелёным взором. Её глаза задержались на мне. Обжигающая волна прошлась по обнажённой груди до самых плавок, Цербер хмыкнула, приподняв тёмную бровь, и утопала в кухню завтракать.
На кухне у стола крутилась Лай, что разливала кофе по пяти чашкам и выставляла на стол вчерашние ворованные пирожки.
— Ешьте, и выходим, у вас пять минут! – поймав мой взор, Староста взяла кружку и подошла ко мне. — Обещанный кофе! – проговорила она, отдавая фарфор и уходя в свою спальню.
«Вот что за девчонка?! Невыносимая просто. То орёт на нас, то в стену кидает, то смотрит оценивающе, то, блин, кофе с утра с улыбкой подаёт. Не понимает, что ли, что меня это цепляет! Хотя стопе. Не моя! Не должно цеплять. Недельку без неё на практике пробегаю и вообще забуду злюку Академии «Эолзер». Да, забуду!»
— Лай! Вот и вы! – позвал Цербера магистр Окено. — Только вас и ждём! – укоризненно сказал преподаватель.
— Простите, профессор. Не смогла отказать себе в чашке кофе с утра! Вы же знаете, как мне тяжело проснуться в такую рань без спасительного напитка?! – игриво отозвалась она, неожиданно взяв всю вину на себя. — Открывайте переход, вот координаты, – и протянула седому мужчине те самые бумаги.
— Все допущены к практике? Отстающих нет? – принимая бумаги, вопросил Окено, изгибая бровь и смотря при этом на нас.
— Нет, магистр! Всё как всегда! Были бы отстающие – были бы свежие могилки за Академией! – усмехнулась Староста.
— Мы с Жегиро идём первыми – вы, как всегда, замыкаете! – отозвался Окено, а увидев кивок Лай, ушёл в сторону Змеелюда.
К нам подскочили Тамара и Ирига.
— Лай?! Мы что не в паре в этот раз? Как же так?! – заголосили они наперебой.
— Не в этот раз! – пожала плечами несносная девчонка.
— С кем ты в группе? – насупившись, спросила Иви.
— С Айнами… – качнула задумчиво девушка плечами.
— С мальчиками! Но как же.
— Я прикреплена к ним ректором и должна следить за их прохождением. Они – наши гости – я несу за них ответственность!
«Ну, замечательно! Лучше бы Лай сейчас держалась от меня подальше. Чесслово, всё бы отдал, чтобы Лай была в другой группе или и вовсе исчезла, как и раньше из моей жизни. Теперь, когда я знаю о её чувствах к ректору.»
— Повезло вам, мальчики! С нашим лучшим бойцом идёте! – проговорила Сноу, и, обведя нас глазами, задержалась на здоровяке. — Вы уж будьте осторожны и… берегите Лай! – проговорила она, всё так же смотря на застывшего КовЭ́ра.
— Адепты! Переход открыт. Выходим на местность и не разбредаемся. Ждём всех, выслушиваем вводную и поставленную задачу. Все в портал! – возвестил Змеелюд, проходя в дымящиеся кольцо первым.
Рядом с переходом появился ректор Академии, как обычно, облачённый во всё чёрное и… постаревший. На лице опять были видны морщинки, в висках блестела седина, на скулах щетина. Такой же, как и при нашей первой встречи – одним словом.
«А вчера что это было? Обман зрения. Или он так от присутствия Лай помолодел?!»
Боевики стали дружно заходить в портал, а Лай пошла к Ричарду де К`яргу.
— Адепты пятого курса боевого факультета всей группой отбывают на место практики, как и планировалось, строго по расписанию! Отстранённых нет! – отрапортовала она.
— Похвально! Удачной практики!
Подошёл наш черёд прыгать в переход. КовЭ́р, Луррус и Пайсон уже ушли в дымку портала, а мы с сестрой почему-то оба замедлились. Слух Кхелов навострился и я, не желая того, обернулся как раз в тот момент, когда Лай развернулась и пошла к нам. Но ректор, схватив её за запястье, быстро развернул и притянул к себе, крепко-крепко обнимая. И Лай… не сопротивлялась! До нас долетели отголоски их эмоций – тепла, ласки, заботы и… любви.
Включать «чуйку», вспоминать все знания, что спасут жизнь, не жалеть свой магический резерв и. биться.
Биться до последнего.
Биться за каждого. Не жалея себя!
«Староста» я или кто?
Студенты по обмену 2.
Местоположение «Где-то в лесах вблизи поселения Мергулот».
В детстве всех детей пугают байками на ночь.
Жуткими призраками, что высасывают душу, «Бабайкой», что живёт под кроватью, «Наргнилами», что поедают плохих детей, не убирающих игрушки на ночь в сундук.
Но самая страшная была сказка-страшилка про «Назглов». Все рассказывали её на свой манер, но всегда неотъемлемо одно и тоже проскальзывало в этих жутких историях.
«Назглы» – существовали больше двухсот лет назад.
Они были похожи на пауков, но гораздо-гораздо больше. Поэтому простые люди и прозвали их «переростками».
Они высасывали магию и нападали только по ночам.
Будучи маленькой я не верила ни одному слову старших, считая, что они просто пугают непослушных детей, к которым меня причисляли, но случилось так, что я поверила.
Приехав однажды к бабушке со старшими братьями-хохмачами-близнецами, что были старше меня на пять лет, я познакомилась с прадедом. Он то мне и рассказал всю историю, ставшей легендой с самого начала, пока братья занимались магией в саду, подальше от чужих глаз.
И вот не поверить ему, я никак не могла. Ведь он видел их своими глазами.
Назглы были неведомым гибридом тарантула, взращённых до громадных размеров. Как магически одарённое создание, оно должно было подпитываться магией.
«— А откуда её взять тупой твари, что не умеет тянуть её из окружения? Правильно из магически одарённых людей!»
Он рассказывал свои исследования и наблюдения об этих гигантах. Делился всем, что знает, не обращая внимание на бабушку, что смотря на нас хмурила белые брови. Она не разу за тот вечер не прервала его, будто зная наперёд – Он рассказывает мне то, что обязательно пригодиться в жизни.
И он говорил и говорил, а я впитывала, как губка, его слова.
О слабых местах этих тварей – загривке и брюхе.
О глазах, что не переносят яркого солнечного света.
О паутине, что работает для них, как сверхчувствительная локация.
Даже про то, как твари убивает людей.
Они приходили под покровом ночи и нападали на всех людей без разбору. У некоторых выпивали жизнь, убивая мгновенно. Магов же опустошали и бросали полуживыми, чтобы подкрепиться потом вновь. И те арахниды, что выпивали магически одарённого мага – становились сильней. Если маг был огненным, он спокойно мог проглотить атаки его собратьев по Стихии. Если же водный, то утопить паука уже не представлялось возможным.
Но к его наблюдениям не прислушивались и пытались справиться сами.
Кто из военных будет слушать шестнадцатилетнего юнца, что ни разу не бывал в бою и из-за книг голову не поднимает?!
А твари всё наступали и всё больше поглощали магов, делая сильнее и неуязвимей себя и ослабляя нас – Сальярийцев.
А потом стало поздно.
Одна тварь умудрялась поглотить разностихийных магов, словно натасканная не есть одни и те же Стихии, и вскоре стала неуязвима.
Оставалось только искать другой путь к спасению.
Искать другую слабость.
И этой слабостью стали их глаза. Яркий свет ослеплял их тормозил, причинял боль. Это помогло притормозить атаки хоть на время. А после в рядах магов появились «разрисованные» войны. Люди, что жили на севере, в соседнем государстве – АйнКраде. Они научились Призывать и Покорять демонов, а обуздав их мощь, спешили на помощь своим «бывшим» врагам. Ведь «зараза» в виде переростков распространялась и на их земли вблизи границы.
Появление в рядах новых магов, что ещё не изведал Назгл, значительно помогло армии. Их пламя они не всегда могли поглотить. Огонь причинял им раны, потому что был не стихийным, а демоническим.
И что бы не писали в летописи про подвиг Эолзера, не он был первым шагом к победе, а соседи, что пополнили ряды!
Тогда-то и была разослана весть, что в паре с Айнами нас ждёт успех. Стихийные научились навешивать общий маскирирующий контур и защищали Покорителей, боясь только одного. Если Назгл поглотит и их, то его уже мало, что сможет остановить. С одним Айном в бой выходило по три-четыре Стихийных. А когда у воинов на руках появились артефакты «света» они смогли начать теснить переростков со своих земель.
С артифакторами и щитовиками были разработаны столпы, что изготавливал весь мир. Все кто не участвовал в стычках и обороне. Столпы не только слепили тварей, но и выстраивали непробиваемый для фауны щит, рассчитанный именно под Назглов и включающийся при их приближении.
Были собраны правители двух государств, для обсуждения новой стратегии и обрисована граница, куда этих тварей будут загонять.
А щит, что разработали во время перемирия, использовали для восстановления границы между Сальярией и АйнКрадом.
Ночная страшился стала для меня историей из жизни моего прадеда. И я не могла не верить слушая его, и видя, как он создаёт мне иллюзии легендарных тварей прямо в воздухе.
Я хотела узнать, как можно больше про переростков, после истории прадеда, но настала война с АйнКрадом и мне… было некогда сидеть в библиотеке.
Много лет спустя, когда я стала свободной, всё чаще хотела наведаться к «мёртвым землям» и посмотреть поближе работу самого Эолзера. Первого правителя Сальярис, занявшего трон не по силе, а по заслуги перед государством. Знаменитый столп «Эриг», о котором я прочитала всё что отыскала. Даже личные записи Правителя о его создании, механизме и подробной сборке.
Я прочла всё и мечтала когда-нибудь, нарушить единое правило для всех, – сбегать к границе «мёртвых земель», чтобы влезть в столп, и посмотреть в живую отголосок прошлого. Увидеть своими глазами частицу нашей истории, что всегда присутствовала в страшных байках старших, которыми и по сей день пугают своих чад на ночь.
Но я навсегда запомнила слова любимого прадеда:
«Они огромны и опасны!
Они выпивают жизнь и магию!
Это невыносимо больно. Жгучий лёд растекается по телу, ты чувствуешь, как внутри рвутся магические связи, что передают магию из Анарэль в руки. Ничего больнее в жизни нет!
Бойся встречи с ними!
Бойся их дыхания, что заберёт магию вместе со всей подвластной Стихией!
Бойся, дитя! Бойся и беги при встречи.
Или… ИЛИ СРАЖАЙСЯ ДО ПОСЛЕДНЕГО ВЗДОХА. »
И только сейчас, смотря в красные глаза переростка, что нависал надо мной, я понимаю, бабка «Видящая» знала – мне предстоит встреча с ними, поэтому и НЕ МЕШАЛА в тот день.
❧Глава 2. И мир померк для меня. ❦
Тварь висела вверх брюхом, и смотрела на нас своими глазами. Внутри всё заледенело от ужаса реальности. Крик Террарии разнёсся по всему лесу, а в следующую секунду громадное чудище прыгнуло вниз, прямо на кричащую жертву.
Староста выездная практика читать
Студенты по обмену 2.
Местоположение «Где-то в лесах вблизи поселения Мергулот».
В детстве всех детей пугают байками на ночь.
Жуткими призраками, что высасывают душу, «Бабайкой», что живёт под кроватью, «Наргнилами», что поедают плохих детей, не убирающих игрушки на ночь в сундук.
Но самая страшная была сказка-страшилка про «Назглов». Все рассказывали её на свой манер, но всегда неотъемлемо одно и тоже проскальзывало в этих жутких историях.
«Назглы» – существовали больше двухсот лет назад.
Они были похожи на пауков, но гораздо-гораздо больше. Поэтому простые люди и прозвали их «переростками».
Они высасывали магию и нападали только по ночам.
Будучи маленькой я не верила ни одному слову старших, считая, что они просто пугают непослушных детей, к которым меня причисляли, но случилось так, что я поверила.
Приехав однажды к бабушке со старшими братьями-хохмачами-близнецами, что были старше меня на пять лет, я познакомилась с прадедом. Он то мне и рассказал всю историю, ставшей легендой с самого начала, пока братья занимались магией в саду, подальше от чужих глаз.
И вот не поверить ему, я никак не могла. Ведь он видел их своими глазами.
Назглы были неведомым гибридом тарантула, взращённых до громадных размеров. Как магически одарённое создание, оно должно было подпитываться магией.
«— А откуда её взять тупой твари, что не умеет тянуть её из окружения? Правильно из магически одарённых людей!»
Он рассказывал свои исследования и наблюдения об этих гигантах. Делился всем, что знает, не обращая внимание на бабушку, что смотря на нас хмурила белые брови. Она не разу за тот вечер не прервала его, будто зная наперёд – Он рассказывает мне то, что обязательно пригодиться в жизни.
И он говорил и говорил, а я впитывала, как губка, его слова.
О слабых местах этих тварей – загривке и брюхе.
О глазах, что не переносят яркого солнечного света.
О паутине, что работает для них, как сверхчувствительная локация.
Даже про то, как твари убивает людей.
Они приходили под покровом ночи и нападали на всех людей без разбору. У некоторых выпивали жизнь, убивая мгновенно. Магов же опустошали и бросали полуживыми, чтобы подкрепиться потом вновь. И те арахниды, что выпивали магически одарённого мага – становились сильней. Если маг был огненным, он спокойно мог проглотить атаки его собратьев по Стихии. Если же водный, то утопить паука уже не представлялось возможным.
Но к его наблюдениям не прислушивались и пытались справиться сами.
Кто из военных будет слушать шестнадцатилетнего юнца, что ни разу не бывал в бою и из-за книг голову не поднимает?!
А твари всё наступали и всё больше поглощали магов, делая сильнее и неуязвимей себя и ослабляя нас – Сальярийцев.
А потом стало поздно.
Одна тварь умудрялась поглотить разностихийных магов, словно натасканная не есть одни и те же Стихии, и вскоре стала неуязвима.
Оставалось только искать другой путь к спасению.
Искать другую слабость.
И этой слабостью стали их глаза. Яркий свет ослеплял их тормозил, причинял боль. Это помогло притормозить атаки хоть на время. А после в рядах магов появились «разрисованные» войны. Люди, что жили на севере, в соседнем государстве – АйнКраде. Они научились Призывать и Покорять демонов, а обуздав их мощь, спешили на помощь своим «бывшим» врагам. Ведь «зараза» в виде переростков распространялась и на их земли вблизи границы.
Появление в рядах новых магов, что ещё не изведал Назгл, значительно помогло армии. Их пламя они не всегда могли поглотить. Огонь причинял им раны, потому что был не стихийным, а демоническим.
И что бы не писали в летописи про подвиг Эолзера, не он был первым шагом к победе, а соседи, что пополнили ряды!
Тогда-то и была разослана весть, что в паре с Айнами нас ждёт успех. Стихийные научились навешивать общий маскирирующий контур и защищали Покорителей, боясь только одного. Если Назгл поглотит и их, то его уже мало, что сможет остановить. С одним Айном в бой выходило по три-четыре Стихийных. А когда у воинов на руках появились артефакты «света» они смогли начать теснить переростков со своих земель.
С артифакторами и щитовиками были разработаны столпы, что изготавливал весь мир. Все кто не участвовал в стычках и обороне. Столпы не только слепили тварей, но и выстраивали непробиваемый для фауны щит, рассчитанный именно под Назглов и включающийся при их приближении.
Были собраны правители двух государств, для обсуждения новой стратегии и обрисована граница, куда этих тварей будут загонять.
А щит, что разработали во время перемирия, использовали для восстановления границы между Сальярией и АйнКрадом.
Ночная страшился стала для меня историей из жизни моего прадеда. И я не могла не верить слушая его, и видя, как он создаёт мне иллюзии легендарных тварей прямо в воздухе.
Я хотела узнать, как можно больше про переростков, после истории прадеда, но настала война с АйнКрадом и мне… было некогда сидеть в библиотеке.
Много лет спустя, когда я стала свободной, всё чаще хотела наведаться к «мёртвым землям» и посмотреть поближе работу самого Эолзера. Первого правителя Сальярис, занявшего трон не по силе, а по заслуги перед государством. Знаменитый столп «Эриг», о котором я прочитала всё что отыскала. Даже личные записи Правителя о его создании, механизме и подробной сборке.
Я прочла всё и мечтала когда-нибудь, нарушить единое правило для всех, – сбегать к границе «мёртвых земель», чтобы влезть в столп, и посмотреть в живую отголосок прошлого. Увидеть своими глазами частицу нашей истории, что всегда присутствовала в страшных байках старших, которыми и по сей день пугают своих чад на ночь.
Но я навсегда запомнила слова любимого прадеда:
«Они огромны и опасны!
Они выпивают жизнь и магию!
Это невыносимо больно. Жгучий лёд растекается по телу, ты чувствуешь, как внутри рвутся магические связи, что передают магию из Анарэль в руки. Ничего больнее в жизни нет!
Бойся встречи с ними!
Бойся их дыхания, что заберёт магию вместе со всей подвластной Стихией!
Бойся, дитя! Бойся и беги при встречи.
Или… ИЛИ СРАЖАЙСЯ ДО ПОСЛЕДНЕГО ВЗДОХА. »
И только сейчас, смотря в красные глаза переростка, что нависал надо мной, я понимаю, бабка «Видящая» знала – мне предстоит встреча с ними, поэтому и НЕ МЕШАЛА в тот день.
❧Глава 2. И мир померк для меня. ❦
Тварь висела вверх брюхом, и смотрела на нас своими глазами. Внутри всё заледенело от ужаса реальности. Крик Террарии разнёсся по всему лесу, а в следующую секунду громадное чудище прыгнуло вниз, прямо на кричащую жертву.
