Телесные практики вильгельма райха
Неприятные и мучительные переживания, отчаяние, тоска, тревога, душевная боль часто возникают в трудных, стрессовых и экстремальных ситуациях, представляющих угрозу и опасность для личности человека, его здоровья и жизни близких людей. Совокупность этих состояний, обозначаемых понятием страдания, не только вызывает внутренний дискомфорт, но и нарушает поведение человека, создает трудности в его повседневной жизни, становится источником жизненных проблем и причиной возникновения психосоматических заболеваний. Отсутствие психологической культуры у человека проявляется в том, что он оказывается неспособным конструктивно совладать с сильными эмоциями и психической травмой, демонстрируя временами аутоагрессивные и дезадаптивные модели поведения.
В современной психологии проблема страдания и методов регуляции негативных эмоции исследована достаточно глубоко [1; 6; 8; 9; 11]. Применяемые в психологии и психотерапии методики разработаны в конкретных направлениях и подходах к пониманию личности, и поэтому отражают методологические установки их авторов. В этой связи является важным осмысление особенностей этих методов, их возможностей и ограничений. Целью статьи является анализ двух способов преодоления страдания человеком, которые при некотором сходстве имеют и глубокие различия, – отреагирование и покаяние.
Метод «Отреагирование эмоций». Понятие «отреагирование» является одним из важнейших в психотерапии. Впервые оно было использовано Й. Брейером и З. Фрейдом в работе «Исследования истерии» [14]. Это понятие означает непроизвольную эмоциональную разрядку и освобождение от аффекта, обусловленного психической травмой [3, с. 309]. Традиционно выделяют три формы этого процесса – выплекс эмоций, их вентиляцию и собственно отреагирование. Различия между ними проявляются в глубине проработки травмирующих переживаний и критических инцидентов. Первая форма относится к самому простому и поверхностному способу понижения внутреннего напряжения. Его суть состоит в открытом выражении своих чувств посредством эмоциональной речи, экспрессивных движений и действий (крик, смех, двигательная и речевая активность). В психотерапии есть соответствующие техники, позволяющие выплеснуть свои эмоции через рисунок, танец, пение и музицирование. Вторая форма – вентиляция эмоций – подразумевает более длительное проживание своего состояния (слезы, проговаривание волнующих событий и др.). Задача психолога и психотерапевта состоит в том, чтобы научить человека проговаривать вслух свои мысли и тревоги, демонстрировать их в поведении, дать возможность без страха осуждения кричать, плакать, топать и обвинять. Например, в практике гештальттерапии используют метод «пустого кресла», позволяющего выразить амбивалентные переживания через проигрывание разных сторон личности. Вначале человек выражает одни чувства – раздражение, злость, обиду, а потом противоположные мысли и чувства – радость, восторг [1, с. 327]. В райхианской терапии применяют разнообразные упражнения, направленные на уменьшение телесного напряжения, обусловленного вытесненными в подсознание мыслями и переживания. Причем, чтобы научиться любить, нужно сначала выпустить из себя всю накопившуюся злость, ненависть и обиду [12, с. 26 – 27]. И, наконец, третья форма отреагирования основана на повторном осознании и глубинной проработке психологической проблемы, поиске причин своего страдания, последующего эмоционального переживания прошлых вытесненных из сознания травматических событий. Человек заново переживает чувства и воспоминания и тем самым пытается их преодолеть и достигнуть состояния душевного очищения [11].
В психотерапии в целях получения наиболее глубокой информации о индивиде, его проблемах и способе активного повторного переживания событий своей жизни часто используют методику исповеди. Психологическая исповедь одно из мощных средств воздействия на психическое состояние человека. Она выполняет много функций: смягчает боль, снижает вероятность рецидивов, уменьшает диссонанс между внутренним состоянием и реальными поступками, помогает лучше разобраться в себе, быстрее устраняет очаг душевных конфликтов и освобождает от отрицательных эмоций [6]. Исповедь – это разговор, даже очень эмоциональный, о травмирующих событиях, о мыслях, поступках в разных жизненных ситуациях. Эта процедура помогает объективировать мир внутренних переживаний и восприятий, но она не всегда приводит к нравственному переосмыслению своих действий. Именно третью форму отреагирования чувств называют катарсисом, или катарсическим методом [3, с. 168].
Катарсис (греч. η κ?θαρση – очищение) – понятие, введенное Аристотелем в его учении о трагедии в «Поэтике» [2]. По его мнению, целью античной трагедии является достижение катарсиса, то есть нравственного очищения и освобождение от страстей и аффектов, испытываемых зрителем в процессе сопереживания и сострадания героям. В психологии это понятие имеет несколько значений. С одной стороны, оно означает эмоциональное переживание, которое человек испытывает под впечатлением произведений искусства, приводящее к освобождению от конкретных мыслей и чувств и состоянию внутреннего очищения [3, с. 168]. Л.В. Выготский рассматривал катарсис как самосгорание аффектов, пробужденных у человека под влиянием художественных произведений [5]. С другой стороны, катарсис рассматривается и как один из методов психотерапии. Так, в психоанализе под катарсисом понимают «отреагирование аффекта», ранее вытесненного в подсознание. Человек заново переживает травмирующие его в прошлом переживания, что приводит к состоянию внутреннего очищения и выздоровления. В других подходах психотерапии также применяются различные технологии, методики и упражнения, направленные на регулирование эмоциональных состояний человека, его аффектов и чувств. С их помощью человек обучается выражать травмирующие переживания посредством экспрессивного поведения, в общении с другими людьми, а также уменьшать мышечное напряжение, сдерживающее вытесненные отрицательные переживания.
Одни психологи считают, что психическая травма может сгореть в «шоковых» переживаниях, а потрясение привести к освобождению от вины, зависимости, агрессивности, к духовному обновлению и росту, обретению свободы в восприятии мира и к изменению ценностей человека [6]. С точки зрения других психологов, катарсис в виде своеобразного «выпускания пара» не может привести к «очищению» души человека и его духовно-нравственному обновлению. Например, эмоциональный и поведенческий катарсис такого аффекта, как агрессия может лишь временно ослабить психическое напряжение и дать ощущение улучшения самочувствия [4]. Это связано с тем, что причины, вызвавшие подавление аффекта, по-прежнему существуют. Не любое свободное проявление и удовлетворение своих вытесненных биологических влечений и потребностей дает гарантию обновления души, обретения психического равновесия и внутреннего спокойствия. Более того, осознание вытесненных травмирующих переживаний и их отреагирование во взаимоотношениях с психотерапевтом во время сеанса далеко не всегда кардинально меняет человека. Духовное перерождение связано с пробуждением духовных сил и качеств человека – его любви, веры, милосердия, доброты, совести. Такое изменение предполагает сильное желание выяснить истинные причины своего поведения, дать им духовно-нравственную оценку и найти способы изменить свое духовно-нравственное состояние [8; 9].
Катарсис как отреагирование не может быть способом очищения и преображения души человека. Недостаточно просто осознать и заново пережить травмирующие переживания. Согласно христианской психологии и православной традиции человек должен не только проделать определенную работу по анализу этих мыслей и чувств с духовно-нравственной точки зрения, но и раскаяться в совершенных грехах, а потом и исповедаться. Но катарсис может стать началом духовного пробуждения и сознательного духовного развития личности. Т.А. Флоренская совершенно справедливо утверждает, что благодаря встрече со своим вытесненным ранее духовным «я» может произойти глубокое изменение сознания человека [13]. За осознанием, интроспекцией, трезвой самооценкой и переживанием должно следовать покаяние.
Покаяние. Греческий эквивалент понятия «покаяние» (η μετ?νοια) – «метанойя» – означает перемену умонастроения, мыслей, восприятия фактов, поступков, переворот сознания, сопровождаемый сожалением и раскаянием. Эта перемена является результатом оценки своего духовно-нравственного состояния и поведения на предмет их соответствия абсолютным нормам поведения, сформулированных в божественных Заповедях. Прп. Иоанн (Лествичник) выявил следующие изменения сознания в следствие покаяния: возобновление крещения, завета с Богом об исправлении жизни, обретение смирения, стремление к самоосуждению, появление надежды, отвержение отчаяния, примирение с Господом, совершение благих дел, очищение совести, добровольное терпение всего скорбного, изобретение наказания для себя самого [7, с. 70]. Покаяние представляет собой особую установку сознания, направленную на изменение и преодоление своих страстей и, соответственно, на преображение своей души и личности. Как считает С. Хоружий, покаяние выступает началом процесса изменения человеческой природы. Благодаря покаянию человек становится на путь преодоления и превосхождения своего естества. Покаяние означает «умоперемену», резкий и коренной перелом во всем существовании человека и его поведении [15].
В христианской традиции это понятие имеет исключительно духовно-нравственный смысл, означает признание человеком перед Богом своих греховных мыслей, чувств, поступков, исповедание их во время Таинства исповеди и последующее изменение своей жизни. С психологической точки зрения покаяние представляет собой особое кризисное душевное состояние, сопровождаемое ощущением, что так жить больше невозможно. Этот кризис вызывает сильные эмоциональные переживания, слезы, горечь и покаянное чувство. У человека зарождается желание нравственно изменить себя и образ своей жизни. Покаяние пробуждает душевные силы человека, необходимые для того, чтобы вначале опознать свои греховные страсти, мысли, чувства и поступки, а затем очистить свою душу от их власти посредством церковного Таинства. В покаянии проявляются все душевные силы человека, в том числе воля, мужество, упорство, необходимые для освобождения от зависимости от своих страстей и деяний. Покаяние – это сокрушение и смирение сердца, слезы и плач о содеянном, желание впредь не совершать подобные поступки, стремление стать лучше. Покаяние – это непримиримая борьба со своими страстями, стремление изменить себя и свою жизнь. Христианские богословы рассматривают покаяние как такую перемену в сознании человека, которая ориентирует человека на развитие в себе таких качеств-добродетелей, которые противоположны качествам, делающим человека зависимым от своих страстей. Покаяние кардинально меняет человека: из блудника и прелюбодея он становится целомудренным; из пьяницы – трезвенником; из чревоугодника и сребролюбца – щедрым и бессребренником; из лентяя – трудолюбцем; из завистливого и недоброжелательного – доброжелательным и добрым [7; 15].
Изучение святоотеческого практического опыта и жития святых показывает, что в судьбе каждого святого и благочестивого христианина можно найти переломный момент, после которого начинается их путь к Богу и духовному обновлению. Этот переломный момент всегда связан с глубоким сокрушением сердца, обостренным чувством совести, горячим желанием быть с Богом и изменить свою жизнь [8; 9; 16; 17]. Многие угодники Божии до покаяния совершали тяжкие проступки, потворствовали своим страстям, нарушали нравственные заповеди, не испытывая при этом сожаления. Но, оказавших в трудных, или критических ситуациях, раскаявшись в своих поступках, они коренным образом изменяли свою жизнь – стремились привести ее в соответствие с христианским идеалом личности. Так, прп. Мария Египетская семнадцать лет жила в блуде, пока Господь не обратил ее к покаянию. Мария исполнила свое обещание изменить жизнь. Она удалилась в суровую и безлюдную Иорданскую пустыню и там 47 лет провела в полном уединении, в посте и молитве. Она достигла высокого уровня святости и обладала даром прозорливости. Прп. Таисия и прпмч. Евдокия, отличаясь редкой красотой и стройностью, с юных лет предавались развратной жизни. Но, уверовав во Христа, они отказались от своей прошлой жизни, и посвятили себя подвигам поста, молитвы и очищения души. Прп. Андрей Критский принес глубокое раскаяние в своих греховных поступках и сознательно терпел страдания и скорби, чтобы искупить свои грехи. Плодом его сокрушенного сердца стали многие вдохновенные молитвы и песнопения, и, прежде всего, Великий покаянный канон, который читается в церкви Великим постом и создает определенный душевный настрой у верующих людей.
Заключение
Очищение души от страдания и связанных с ним травмирующих переживаний представляет собой сложный процесс. В современной психологии и психотерапии применяют комплекс методик, направленных на отреагирование вытесненных травмирующих переживаний. Наиболее распространенными его формами в стрессовых и критических ситуациях выступают выплекс эмоций, их «вентиляция» и катарсис, которые отличаются между собой глубиной проработки психологических проблем человека. Применение этих методик позволяет испытать временное освобождение от страдания. Однако истинное духовно-нравственное очищение и освобождение от губительных страстей предполагает особую деятельность души – покаяние. Благодаря ему человек не только обретает внутренний мир и равновесие, но и возможности духовного роста и преображения своей личности.
Телесные практики вильгельма райха
Каждый человек учится выражать свои чувства, прежде всего с помощью движений, мимики и жестов, а уже потом – словами. Его язык тела принадлежит той культурной общности и той семье, в которой он вырос. Не исключено, что если человек по каким-то причинам потеряет связь со своими корнями, то это может привести к некоему неблагополучию, результатом которого могут явиться расколотые телесные картины [1]. Об этом факте не следует забывать специалистам, работающим с психологическими проблемами других людей, в частности – психотерапевтам, психологам, психиатрам.
Мы знаем, что психиатрия является медицинской наукой, изучающей диагностику и лечение, этиологию, патогенез, распространенность психических заболеваний и организацию психиатрической помощи населению. Важной особенностью психических заболеваний является длительность их течения (психические расстройства могут продолжаться годами). В связи с этим особенно важной остается проблемы рациональной терапии и профилактики данных состояний. Способы лечения психических расстройств принято разделять на биологические и психотерапевтические. Психотерапией называют лечение посредством воздействия различными психическими факторами – словом, обстановкой, определенными занятиями, невербальными условными раздражителями. Социотерапия является частью психотерапии, использующей факторы социально-психологические: воздействие окружающей социальной среды, различные формы социальной активности (такие как клубы бывших пациентов) или различную коллективную деятельность. Психотерапия особенно важна при заболеваниях, в развитии которых ведущую роль играет психологический (неврозы и другие реактивные состояния, психосоматические заболевания). При неврозах основным методом лечения является именно различные психотерапевтические способы, но при этом они используются практически при любых психических расстройствах [4].
С каждым годом, как в повседневной жизни, так и в рамках медицины, всё чаще мы встречаемся с термином «арт-терапия». Как правило, в большинстве случаев под этим понимают художественное творчество как способ излечения.
Между тем, арт-терапия представляет собой более широкое понятие и включает в себя: музыкальную терапию; танцевальную терапию; телесно-двигательную терапию; художественную терапию (рисунок и живопись); драма-терапию; игровую и песочную терапию. [1] Отечественные психологи и психотерапевты давно используют эти виды экспрессивной терапии как вспомогательный инструмент в консультировании. Однако экспрессивные формы психотерапии продолжают оставаться на этапе становления.
Именно поэтому мы сочли нужным внести дополнительные техники в работе с пациентами психотерапевтического профиля. Мы решили предложить телесно-ориентированную оздоровительную программу, сочетающую в себе элементы лечебной физкультуры и танцевально-двигательной терапии.
Элементы физической реабилитации в форме лечебной физической культуры (ЛФК) являются довольно привлекательными [6]. Особенно показано их использование в комплексной терапии неврозов. Так, С.Н. Попов классифицирует методы ЛФК в зависимости от вида невроза: задачи ЛФК при неврастении он определяет в тренировке процесса активного торможения; нормализации (укреплении) возбудительного процесса. По его мнению, пациентам с неврастенией весьма полезны легкие физические упражнения, способствующие разгрузке нервно-психической сферы, обеспечивающие переключение пациентов с повседневной деятельности на другие занятия, оказывающие тренирующее воздействие на дыхательную и сердечно-сосудистую системы организма. Автор указывает, что занятия лечебной физкультурой лучше проводить под музыкальное сопровождение, в качестве которого рекомендуется использовать мелодии успокаивающие, умеренного и медленного темпа, сочетающие мажорное и минорное звучание. Задачи ЛФК при истерических неврозах С.Н. Попов определяет в снижении эмоциональной возбудимости; развитии в коре головного мозга тормозного процесса и в создании устойчивого спокойного настроения; а при психастении они заключаются в активизации процессов жизнедеятельности; «расшатывании» патологической инертности корковых процессов; выведении больного из угнетенного морально-психического состояния, облегчении его общения с окружающими [3].
В последнее время отмечаются существенные изменения в деятельности учреждений психиатрического профиля, которые связаны с развитием биопсихосоциального подхода к терапии психических заболеваний, работой полипрофессиональных бригад специалистов, совершенствованием внебольничной помощи пациентам психиатрического профиля, усилением использования ресурсов местных сообществ, повышением внимания к качеству жизни пациентов и преодолению их стигматизации [5]. В данных условиях виды терапии искусством становятся более разнообразными, учитывающими полипрофессиональный контекст деятельности учреждений психиатрического профиля и направленными на получение наилучшего лечебно-реабилитационного эффекта и успешную интеграцию пациентов в социум. Но, несмотря на увеличение роли арт-терапии в деятельности психиатрических учреждений, современный этап ее развития сопровождается наличием ряда определённых проблем. Данные относительно применения различных организационных форм и моделей терапии искусством с психически больными людьми весьма противоречивы.
Довольно большая часть зарубежных источников характеризуется преимущественным вниманием авторов к групповой и внутриличностной динамике и недостаточным учетом особенностей клиники и взаимодействия разных факторов биопсихосоциогенеза расстройств психики. Методы арт-терапии продолжают оставаться довольно слабо дифференцированными относительно различных психических заболеваний. Показания и противопоказания к назначению различных методик и типов терапии искусством при разных видах психической патологии пока четко не определены [2].
Выбор конкретного метода определяется практикой конкретного психотерапевта и его пониманием лечебной задачи. В большинстве своем это будут авторские интегральные методики, мозаично вобравшие элементы несколько методик и решающие конкретную лечебную задачу. В ходе арт-терапии они могут видоизменяться, пополняться новыми составляющими и пластично подстраиваться под изменение цели.
Вместе с тем в комплексе складывается определенная модель психотерапевтического воздействия, которая будет целостной по своей методике и готовой к использованию на сходной группе пациентов.
Довольно важным инструментом, который может использоваться как средство терапии расстройств психики, метод реабилитации и психопрофилактики, является танцевально-двигательная терапия. Её надо рассматривать и как метод физической реабилитации, важный при астенических, депрессивных и эмоционально-лабильных расстройствах [6] и как эффективный метод психотерапевтического воздействия.
Следует учесть плюсы танцевальной терапии и не отождествлять терапию с обычной танцевальной педагогикой.
Цель, которую преследует танцевальная терапия – достичь изменений внутри личности, а не изучение хореографии, танцевальных направлений и форм, специальных техник. Главное – освободиться от сопротивления, внутренних и внешних напряжений. Очень важно для пациента – развить телесные возможности для осознания своего тела и интеграции тела и души. По мнению Оганесян, развитие понимания самого себя, исцеляющего процесса, ведущего к катарсису, чувственному развитию и толкованию и понимание собственных проблем – это и есть главная ценность танцевальной терапии.
Если в танцевальной педагогике акцентируют внимание на эстетической форме выражения в танце, то в терапии развитие эстетической формы не имеет большого значения. Совсем не важно, как выглядит человек в танце, главным является раскрытие чувств посредством танцевальных движений [1].
Задание, которое дается на занятии, является общим для всех пациентов, но сверхзадача для каждого в группе должна быть уникальна, при её постановке требуется учитывать психологические особенности и проблемы каждого. Важно мотивировать пациента на творчество, одновременно не мотивируя его на создание продукта этого творчества. Важно воспитывать коллективный дух и развивать социализацию каждого участника группы. Танцевальный терапевт ставит перед собой и пациентами иные цели и задачи, чем танцевальный педагог. Цель танцевальной терапии связана не с обучением хореографическим техникам, а с открытием собственных движенческих выражений. Танцевальный терапевт не обучает тем или иным двигательным навыкам, а только сопровождает пациента, который, выполняя танцевальные движения, намечает пути для разрешения собственных проблем [1].
Пациент нуждается в помощи, чтобы разрешить свои личные проблемы: как внутренние, так и внешние. Терапевт диагностирует психические напряжения через движения пациента. При этом пациенту стоит объяснить, что не следует ожидать быстрых результатов от занятий.
Чувственные отношения между терапевтом и пациентом обязательны, поскольку процесс терапии основан на понимании и выражении собственных эмоций и ощущений пациента.
Танцевальная терапия может быть, как групповой, так и индивидуальной.
В нашей работе мы предлагаем обратиться именно к групповой терапии, так как она позволяет решить большее количество задач.
По мнению танцевальных терапевтов Грёнлюнд и Оганесян, именно проблемы пациента по сути должны формировать танцевальную программу, которая определяет структуру терапии. Внимательные, вежливые и бережные вербальные инструкции часто сопровождаются свободным диалогом и являются важной частью терапевтического процесса [1]. Терапевту следует помочь пациенту научиться жить в гармонии и с миром, и самим собой.
Чрезвычайно важна роль ритма и музыки, которые являются не просто помощниками танцевального терапевта – они являются инструментами для развития и раскрытия чувств пациента и его собственного ритма.
Музыка стимулирует фантазию и создает настроение, она помогает отыграть свои собственные эмоции через эмоции. Музыка придает движениям темп, силу и динамику. В терапии могут быть использованы любые типы музыки – классическая, народная, африканская, джаз, поп-музыка и др. Сам пациент может определить, какую музыку он хотел бы слышать во время занятий. Музыка должна подходить пациенту и быть именно той, в которой пациент нуждается [1]. По мнению танцевального терапевта Эспенак, только чувственная музыка открывает радость, меланхолию, страх, грусть. Однако Эспенак считает, что каждый танцевальный терапевт должен подбирать сам музыкальное сопровождение, которое он считает необходимым для структуры его сессии [7]. Именно для решения этой задачи терапевты используют разнообразные композиции во время танцевальной сессии. Благодаря этому ведущий сессии может проследить за реакцией на музыку каждого участника, а после использовать эту информацию для формирования музыкального фона последующих занятий – фона, который будет способствовать раскрытию внутреннего «Я» пациентов и создавать более комфортную обстановку на занятии.
Теоретически танцевальные терапевты могут работать в одиночку. Но совместная работа с «вербальным», музыкальным или художественным терапевтом поможет достичь более эффективного результата и быстрой положительной динамики в состоянии пациента. Заблаговременно, до начала танцевальной сессии, терапевту необходимо собрать анамнез пациента, быть в курсе его проблемы. Как и другие специалисты, танцевальный терапевт не должен разглашать проблемы пациента.
Танцевальную терапию условно можно разделить на два направления, имеющих одинаковый вес: терапия и танец. Танец устанавливает контакт и может направлять весь терапевтический эффект. Танец сам по себе может иметь исцеляющий эффект для тех, кто танцует, и в данном случае мы не можем назвать это непосредственной терапией. Подобно терапевтам других направлений, танцевальный терапевт создает с пациентом контакт, который затем начинает определять рамки и границы для терапии. Танцевальная терапия развила целое направление в искусстве – художественный танец – до реальных психологических теорий и психотерапевтических методов, которые теперь имеют одно из центральных мест в работе танцевального терапевта (иными словами – это и есть основа работы) [1].
И на данный момент танцевальная терапия вобрала в себя множество разных подходов: это и психоаналитические теории, и психодинамическая терапия, элементы поведенческой терапии, гештальт-терапии, телесно-ориентированной терапии.
Зигмунд Фрейд: «Тот, кто имеет глаза-увидит, и уши-услышит и убедится сам, что никакой смертный не может сохранить тайну. Если губы молчат, то сплетничают его пальцы. Каждая часть тела выдаёт его» (Freud, 1905). Использование тела в психотерапии – это заслуга Фрейда [11]. Как известно, основные методы Фрейда – вербальный психоанализ и гипноз, но при этом он придавал немалое значение языку тела. Он описал способы того, как тело может отражать внутреннее «Я» человека. Изучая телесное самовыражение человека, можно понять его душу.
Вильгельм Райх принадлежал к последователям Фрейда. Райх имел много пациентов, которым было весьма трудно раскрывать и понимать свои внутренние ассоциации, – они не могли структурировать свои мысли и чувства. Он заметил, что им свойственны различные телесные и мышечные сопротивления, и поэтому начал их анализировать. Он интересовался не только тем, ЧТО сказал пациент, но и КАК он это сделал, придавая большое значение телесным проявлениям. Он рассуждал о том, что слова и язык тела могут иметь разное значение. Райх интенсивно изучал психосоматические особенности своих пациентов, которые часто представляли собой мускульные напряжения, проявляющиеся у них в качестве телесного ответа. Он отметил, что все невротики имели затрудненное дыхание и мышечные зажимы. Райх ввёл понятие телесного панциря и рассматривал его как способ защиты от сильных, не только отрицательных, но и положительных чувств, ограничивающий и искажающий их выражение. Впоследствии он начал применять массаж, и его терапия установила очень близкий контакт с пациентом и содержала два аспекта работы: физическую мускульную линию и вербальный психоанализ [9].
Александр Лоуэн, ученик Райха, создал систему, которая получила название биоэнергетики, она основана на телесной терапии, свободном чувственном выражении, психоанализе. Лоуэн указывал, что возможность внутреннего развития через дыхание и движения может привести людей к гармонии друг с другом [8].
Фриц Перлз, немецкий врач и психотерапевт, развил собственную терапевтическую линию. Он был основоположником гештальт-терапии, сфокусированной на движении (непосредственно во время терапии) согласно принципу «здесь и сейчас». События из прошлого, которые вспоминает пациент, могут являться материалом для терапии. Но цель гештальт-терапии – сделать пациента осознанным в своих мыслях и свободных ассоциациях в настоящем. Осознанное ощущение себя может происходить через осознание телесного языка и поведения, поступков. Здесь задача – помочь бессознательному клиента стать осознаваемым [10].
Таким образом, изучив теоретические аспекты применения танцевальной терапии как эффективного метода физической реабилитации и психотерапии и психокоррекции, мы разработали программу занятий для пациентов с пограничными психическими расстройствами. Эффективность программы была подтверждена практикой и в дальнейшем планируется её активное внедрение как элемент немедикаментозного воздействия у данной категории пациентов.
