Статья 179 УК РФ. Принуждение к совершению сделки или к отказу от ее совершения
наказывается штрафом в размере до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двух лет, либо ограничением свободы на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет со штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев либо без такового.
2. То же деяние, совершенное:
б) с применением насилия;
наказывается лишением свободы на срок до десяти лет.
Комментарии к ст. 179 УК РФ
1. Принуждение к совершению сделки или к отказу от ее совершения является посягательством на свободу заключения договоров субъектами экономической деятельности, на отношения добросовестной конкуренции.
2. О понятии сделки см. ст. 153 ГК РФ.
3. Объективная сторона заключается в принуждении к совершению сделки или к отказу от ее совершения одним из указанных в ст. 179 способов. О содержании понятий угроза применения и применение насилия, угроза уничтожения или повреждения чужого имущества, угроза распространения сведений, которые могут причинить существенный вред правам и законным интересам потерпевшего или его близких, см. коммент. к ст. 163 УК.
Преступление окончено с момента совершения указанных в ст. 179 действий независимо от того, привели они к желаемому виновным результату в виде совершения соответствующей сделки (отказу от ее совершения) или нет.
4. Субъектом преступления может быть любое лицо, достигшее возраста 16 лет. Если принуждение к совершению сделки или отказу от ее совершения осуществляется лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации (см. примечание 1 к ст. 201 УК), или должностным лицом (см. примечание 1 к ст. 285 УК), использующим свои полномочия, то в соответствующих случаях содеянное квалифицируется по совокупности ст. ст. 179 и 201 УК или ст. 285 (ст. 286) УК.
6. О понятии организованной группы см. коммент. к ст. 35. Совершение преступления группой лиц по предварительному сговору в данном случае не является квалифицирующим обстоятельством.
8. Фактическое уничтожение или повреждение чужого имущества при понуждении к совершению сделки или к отказу от ее совершения не предусмотрено в качестве квалифицирующего обстоятельства, поэтому в этом случае необходима квалификация по совокупности ст. ст. 179 и 167 УК, если уничтожение или повреждение имущества повлекло причинение значительного ущерба.
БВС РФ. 1999. N 5. С. 21.
Принуждение к совершению сделки может заключаться в требовании заключить полностью возмездную сделку, в принципе нежелательную для потерпевшего, либо с нежелательным контрагентом, либо на условиях, не устраивающих потерпевшего, и т.п. Кроме того, сделки, о которых говорит ст. 179, могут быть связаны с такими объектами гражданских прав, как информация, результаты интеллектуальной деятельности, нематериальные блага.
Статьей 179 охватываются и случаи принуждения к отказу от совершения сделки, в том числе и по уже по заключенному договору.
Статья 179. Принуждение к совершению сделки или к отказу от ее совершения
наказывается штрафом в размере до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двух лет, либо ограничением свободы на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет со штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев либо без такового.
2. То же деяние, совершенное:
б) с применением насилия;
наказывается лишением свободы на срок до десяти лет.
Комментарий к ст. 179 УК РФ
В соответствии со ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Принуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность его заключить предусмотрена ГК РФ, законом или добровольно принятым обязательством. Сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной (ст. 179 ГК РФ).
Сделки, о которых говорится в ст. 179 УК РФ, могут быть связаны с любыми объектами гражданских прав (вещи, работы, услуги и т.д.) и заключаться их субъектами как в процессе осуществления предпринимательской деятельности, так и в бытовой сфере (например, продажа квартиры).
Под принуждением понимается требование виновного заключить сделку или отказаться от ее заключения вопреки воли потерпевшего.
Под распространением сведений, которые могут причинить существенный вред правам и законным интересам потерпевшего или его близких, понимается оглашение виновным нежелательных, а также ложных, порочащих честь и достоинство потерпевшего или его близких данных.
Способы выражения угрозы разнообразны (устно, письменно, по телефону, лично или через третьих лиц). Угроза должна быть реальной, т.е. у потерпевшего должны быть основания ее опасаться. Об этом могут свидетельствовать конкретная форма угрозы, способ ее осуществления и интенсивность, обстановка, характеристика личности виновного, его взаимоотношения с потерпевшим и т.д.
Уголовная ответственность за принуждение к совершению сделки или к отказу от ее совершения наступает при отсутствии признаков вымогательства. Если требования виновного направлены на извлечение имущественной выгоды и причинения имущественного ущерба потерпевшему от этой сделки, то деяние необходимо квалифицировать по ст. 163 УК РФ.
Преступление является оконченным в момент предъявления подкрепленного угрозой требования независимо от того, удалось или нет виновному склонить потерпевшего к заключению сделки или отказу от нее. Состав преступления формальный.
Деяние, сопряженное с реальным уничтожением или повреждением имущества, а также распространением позорящих сведений потерпевшего или его близких, требует дополнительной квалификации по совокупности со ст. 167 или ст. 129 УК РФ.
Субъективная сторона преступления характеризуется виной в виде прямого умысла. Лицо осознает, что противоправно принуждает потерпевшего к заключению сделки или к отказу от нее, и желает этого.
Квалифицирующим признаком принуждения к совершению сделки или отказу от ее совершения является совершение преступления с применением насилия или организованной группой (см. ч. 3 ст. 35 УК РФ и комментарий к ней).
Причинение тяжкого вреда здоровью, предусмотренного ч. ч. 3 и 4 ст. 111 УК РФ, а также причинение смерти (ст. 105 УК РФ) требуют дополнительной квалификации.
Судебная практика по статье 179 УК РФ
по п. п. «б», «в» ч. 2 ст. 179 УК РФ (по эпизоду в отношении О.) на 4 года;
на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательно на 21 год с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев, с установлением следующих ограничений: не выезжать за пределы территории муниципального образования по месту его жительства, где он будет проживать после отбытия лишения свободы, и не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, а также с возложением на него обязанности являться два раза в месяц для регистрации в указанный орган;
Как следует из материалов уголовного дела N 102451, 3 и 9 мая 2005 г. следователем следственного отдела Северного отдела внутренних дел г. Павлодара Республики Казахстан возбуждены уголовные дела N 053217030949 и 053217031030 по признакам преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 125, п. п. «а», «г» ч. 2 ст. 179 УК РК. 8 июля 2005 г. следователем следственного управления Управления внутренних дел Павлодарской области Республики Казахстан возбуждены уголовные дела N 05550003100073, 05550003100074, 05550003100075, 05550003100076, 05550003100077 в отношении Колобова А.Л. и Бейсенова Б.Б. по признакам преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 324, п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 179, п. п. «ж», «з» ч. 2 ст. 96 УК РК, ч. 3 ст. 24, п. п. «ж», «з» ч. 2 ст. 96, ч. 2 ст. 324 УК РК. 8 июля 2005 г. уголовные дела N 053217030949, 053217031030, 05550003100073, 05550003100074,05550003100075, 05550003100076, 05550003100077 соединены в одно производство и соединенному делу присвоен N 05550003100075.
2) 22 июня 2009 года Рудничным районным судом города Прокопьевска Кемеровской области (с учетом изменений, внесенных постановлением Юргинского городского суда Кемеровской области от 6 мая 2011 года и определением судебной коллегии по уголовным делам Кемеровского областного суда от 28 июля 2011 года) по ч. 1 ст. 159, ч. 3 ст. 159, ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 159, ч. 1 ст. 179 УК РФ; с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к 2 годам 11 месяцам лишения свободы;
Оснований для переквалификации действий осужденного Яковлева и других лиц на ст. 179 УК РФ, о чем в своих жалобах просят адвокат Сысоев Е.Ю. и осужденный Яковлев, не имеется, поскольку каких-либо услуг и работ Яковлев и другие осужденные водителям не оказывали и не выполняли, но ежемесячно под угрозами применения насилия и уничтожения имущества требовали с них передачи денежных средств.
по п. «в» ч. 2 ст. 179 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 марта 2011 года N 26-ФЗ) на 6 лет;
по п. «а» ч. 3 ст. 126 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 декабря 2011 года N 420-ФЗ) в отношении С. на 11 лет;
— 29.08.2016 приговором Ленинского районного суда г. Владивостока по ст. ст. 330 ч. 2, 179 ч. 2 п. «в», 179 ч. 2 п. «б», «в», 179 ч. 2 п. «б», «в», 179 ч. 2 п. «в», 33 ч. 3, 111 ч. 3 п. «а», 69 ч. 3 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима с ограничением свободы на 1 год,
— п. «в» ч. 2 ст. 179 УК РФ (в редакции от 07 марта 2011 года N 26-ФЗ) (в отношении К.) на 3 года 10 месяцев,
— п. п. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ (в редакции от 08 декабря 2003 года N 162-ФЗ) (в отношении Л. Д. С. Ч., Л.) на 7 лет 2 месяца;
СТАТЬЕЙ 179 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
по п. «в» ч. 2 ст. 179 УК РФ (в ред. Федерального закона от 7 марта 2011 года N 26-ФЗ) на 6 лет (на основании п. 3 ч. 1 ст. 24, ч. 8 ст. 302 УПК РФ) Бугуев от назначенного наказания освобожден в связи с истечением срока давности;
Статья 179. Недействительность сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы или неблагоприятных обстоятельств
1. Сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
2. Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.
Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.
3. Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Комментарий к ст. 179 ГК РФ
1. Комментируемая статья объединяет пять составов недействительных сделок, общей чертой которых является дефект внутренней воли совершивших их лиц. При этом в сделке, заключенной благодаря злонамеренному соглашению представителя одной стороны с другой стороной, воля лица (представляемого) на совершение сделки вовсе отсутствует, а в остальных случаях участники сделки действуют под влиянием таких внешних факторов, которые исключают свободное формирование их воли на совершение сделки. Сближает все эти сделки и то, что дефект воли одного из участников сделки возникает под воздействием другой стороны или по крайней мере используется ею в своих интересах.
Правила ст. 179 распространяются на сделки как граждан, так и юридических лиц. Известной спецификой в этом плане обладают лишь правила о кабальных сделках, применение которых к сделкам с разным субъектным составом, в частности с участием предпринимателей, имеет определенные особенности.
Указанные обстоятельства предопределили отнесение всех рассматриваемых сделок к числу оспоримых, а также применение к ним одинаковых правовых последствий их недействительности.
Наконец, моментом, объединяющим рассматриваемые сделки, является также то, что нередко действия одного из участников сделки одновременно образуют состав административного правонарушения или даже уголовного преступления. В частности, УК наряду с традиционными составами преступлений, предусматривающими уголовную ответственность за побои (ст. 116 УК), истязание (ст. 117 УК), угрозу убийством (ст. 119 УК), причинение тяжкого вреда здоровью (ст. 111 УК), мошенничество (ст. 159 УК) и др., установил специальную ответственность за «принуждение к совершению сделки или отказ от ее совершения под угрозой применения насилия, уничтожения или повреждения чужого имущества, а равно распространения сведений, которые могут причинить существенный вред правам и законным интересам потерпевшего или его близких» (ст. 179 УК).
Статья 179 сравнительно редко применяется на практике, хотя подпадающие по ее действие сделки совершаются достаточно часто. Это объясняется как трудностями в доказывании оснований признания данных сделок недействительными, так и тем, что права потерпевших нередко восстанавливаются в рамках уголовного судопроизводства, что является для них более простым и выгодным.
Наряду с общими моментами, каждый из составов рассматриваемых сделок обладает определенной спецификой.
2. Под обманом понимается намеренное введение в заблуждение участника сделки его контрагентом или иным лицом, непосредственно заинтересованным в данной сделке. Если сделка совершена под влиянием обмана, допущенного посторонним лицом (например, лицом, желающим просто причинить вред одному из ее участников), для применения последствий, предусмотренных ст. 179, нет оснований и такая сделка может быть квалифицирована по ст. 178 ГК.
Обман может касаться не только элементов самой сделки, но и затрагивать обстоятельства, находящиеся за ее пределами, в частности относиться к мотиву сделки. Важно лишь, чтобы обман касался таких существенных моментов, под влиянием которых сторона пошла на заключение сделки, которая бы никогда не состоялась, если бы лицо имело истинное представление о действительности.
Сам обман может выражаться как в активных действиях недобросовестного участника (сообщение им контрагенту ложных сведений, представление подложных документов и т.п.), так и в воздержании от действий, которые он должен был совершить (умышленное умолчание об обстоятельствах, имеющих существенное значение, и т.п.).
Не могут считаться обманом в смысле ст. 179 и такие действия контрагента, как его отказ от обещаний, не облеченных в требуемую законом форму (например, отказ продавца от устного обещания заменить не подошедшую покупателю вещь при отсутствии указаний на это в договоре купли-продажи), от обещаний, не имеющих юридической силы (например, отказ от обещания жениться) и от обещаний совершить противоправные действия (например, отказ от обещания оказать незаконное содействие в решении интересующего контрагента вопроса).
Лицом, совершающим указанные насильственные действия, может оказаться не только сторона в сделке или лицо, имеющее в ней непосредственную заинтересованность, но и любое лицо, действующее по их поручению или даже по собственной инициативе, но в их интересах. Например, насильственные действия по отношению к должнику, которого силой заставили подписать заведомо невыгодную для него сделку в целях погашения существующего долга, подпадают под действие ст. 179 независимо от того, кем они совершены. Важно лишь, чтобы сам контрагент был осведомлен о подобных действиях и воспользовался в своих интересах беспомощным состоянием своего контрагента.
4. В отличие от насилия угроза представляет собой неправомерное психическое воздействие на сторону в сделке с целью понудить ее к совершению сделки под страхом применения насилия, причинения душевных страданий, распространения порочащих сведений и т.п. Для того чтобы угроза опорочила сделку, она должна отвечать следующим признакам.
Во-первых, угроза должна быть существенной, т.е. состоять в возможности причинения зла достаточно значимым ценностям (жизни, здоровью, личной и деловой репутации и т.п.). Оценка существенности угрозы во многом зависит от личных качеств потерпевшего, его привязанностей, ценностных ориентиров и т.п.
Во-вторых, требуется, чтобы угроза была реальной, т.е. способной к осуществлению в действительности. Реальность угрозы определяется как степенью вероятности ее осуществления (которая, в свою очередь, зависит от личности угрожающего, имеющихся у него возможностей и т.п.), так и самой возможностью ее реализации (так, едва ли современного человека способна испугать угроза заколдовать или напустить порчу).
В-третьих, угроза может исходить не только от стороны в сделке или выгодоприобретателя, но и от любого лица. Необходимо лишь доказать, что сторона в сделке знала о том, что воля контрагента сформировалась не свободно, а под влиянием данной угрозы.
В-четвертых, как правило, не имеет значения, касается ли угроза правомерных или противоправных действий. Например, угроза сообщить в милицию о совершенном контрагентом преступлении точно так же порочит сделку, как и угроза совершить в отношении его преступные действия. В обоих случаях воля лица на сделку формируется под воздействием внешних факторов и не отражает истинной воли этого лица.
Исключение, однако, образует случай, когда правомерные действия, которые контрагент угрожает совершить, привели бы к такому же результату, что и сделка, совершенная под влиянием угрозы. Так, угроза обратиться в суд с требованием о замене вещи, в которой обнаружились существенные недостатки, никак не порочит сделку по замене данной вещи, совершенную продавцом под воздействием этой угрозы.
5. Под злонамеренным соглашением представителя одной стороны с другой стороной понимается умышленный сговор представителя с третьим лицом в ущерб интересам представляемого. По сути дела данный случай является особой разновидностью сделки, совершенной под влиянием обмана. Вместо того чтобы заключить сделку, которую желал совершить представляемый, представитель, пользуясь предоставленными ему полномочиями, вступает в сговор с третьим лицом и совершает сделку, невыгодную для представляемого. При этом формально он не выходит за рамки предоставленных ему полномочий, в силу чего невозможна квалификация заключенной сделки ни по ст. 174, ни по ст. 183 ГК.
Непременным условием признания такой сделки недействительной на основании ст. 179 является доказательство сговора представителя и третьего лица. Сделать это на практике достаточно трудно, поскольку невыгодность сделки для представляемого (завышенная или заниженная цена, невыгодные условия и т.п.) сама по себе может служить лишь косвенным доказательством наличия данного сговора. Однако если доказательства сговора имеются, не имеет значения, получили ли его участники какую-либо выгоду от сделки.
Рассматриваемые сделки следует отличать от сделок, связанных с выходом представляемого за пределы предоставленных ему полномочий (ст. 183 ГК). Такие сделки не порождают для представляемого правовых последствий, если только он впоследствии их не одобрит.
6. Совершение сделки вследствие стечения тяжелых обстоятельств как основание для признания ее недействительной характеризуется следующими признаками. Прежде всего, сделка должна быть совершена на крайне невыгодных для нуждающейся стороны условиях. Это означает, что условия сделки должны быть не просто неблагоприятными для одной из ее сторон (что происходит весьма часто), а резко отличаться от обычных условий такого рода сделок. Иными словам, кабальность сделки должна быть очевидной и не нуждаться в особом доказывании.
Далее, потерпевший должен доказать, что был вынужден пойти на совершение кабальной для него сделки под влиянием стечения тяжелых для него обстоятельств. Такими обстоятельствами могут быть признаны, как правило, лишь чрезвычайные события (острая потребность в средствах для оплаты операции и приобретения лекарств, необходимость возмещения причиненного вреда и т.п.). Напротив, если невыгодная сделка совершена по легкомыслию, неопытности, под влиянием азарта и т.п., для признания ее недействительной по ст. 179 нет оснований.
Наконец, другая сторона в сделке должна быть осведомлена о тяжелом положении своего контрагента и сознательно использовать это обстоятельство в своих интересах. При этом не имеет значения, попал ли потерпевший в такое положение вследствие обстоятельств, зависящих от другого участника сделки, или это произошло совершенно независимо от него. Не играет роли и то, действует ли сторона в сделке активно (т.е. сама предлагает заключить кабальную сделку) или просто принимает предложение своего контрагента, который сам сформулировал кабальные условия договора. Юридически значимым является лишь само знание стороны о том, что сделка совершается другой стороной вынужденно, под воздействием стечения тяжелых обстоятельств.
Хотя в целом правила ст. 179 о кабальных сделках приложимы к любым гражданско-правовым сделкам, их применение к сделкам предпринимательского характера должно быть особенно взвешенным. При желании элемент кабальности может быть обнаружен почти в любой сделке, направленной на получение прибыли. Однако убытки, вызванные экономическими просчетами, и несостоявшиеся надежды «сорвать куш» не могут покрываться за счет других участников оборота с помощью ссылок на кабальность сделок. Поэтому в качестве кабальных могут признаваться лишь такие сделки с участием предпринимателей, которые действительно совершены под влиянием обстоятельств, относящихся или по крайней мере близких к обстоятельствам непреодолимой силы.
Однако, исходя из обстоятельств дела (необратимость последствий исполнения сделки, интересы самого потерпевшего и т.п.), суд может признать сделку действительной полностью или частично (ст. 180 ГК).
8. В качестве общего последствия недействительности сделок рассматриваемой группы комментируемая статья устанавливает одностороннюю реституцию, при которой потерпевшей стороне возвращается другой стороной все полученное ею по сделке (при невозможности возвратить полученное в натуре возмещается его стоимость в деньгах), а полученное (причитающееся) потерпевшей стороной обращается в доход РФ. По смыслу закона данное последствие применяется лишь в случае, если сделка хотя бы частично исполнена. Если же стороны не успели приступить к исполнению сделки, дело ограничивается констатацией ее недействительности.
Помимо этого, потерпевшему возмещается другой стороной реальный ущерб, наличие и размер которого должен доказать потерпевший.
Судебная практика по статье 179 ГК РФ
Отказывая в признании недействительным исполненного ответчиком как смежной сетевой организацией договора, суды руководствовались статьями 168, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о том, что при заключении договора аренды спорного электросетевого хозяйства с лицом, учредителем которого является истец, у ответчика не было оснований сомневаться в действительности договора аренды имущества с помощью которого он оказывал услуги по передаче электрической энергии истцу.
Разрешая заявленные требования, суды руководствовались пунктом 1 статьей 178, пунктом 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, приведенными в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» и пришли к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по заявленным основаниям, поскольку истец не доказал обстоятельств ее совершения под влиянием заблуждения, обмана либо угрозы со стороны ответчика.
Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования Пальчун М.Н., суд, сославшись на положения статей 166, 167, 168, 170, 179, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из того, что Пальчун М.Н. не имела намерения отчуждать принадлежащую ей квартиру, ее воля была направлена на получение займа в размере 100 000 руб. под залог квартиры; истец утратила титул собственника спорного объекта недвижимости при пороке воли, вследствие обмана со стороны третьего лица Антоньян А.А. После заключения договора купли-продажи квартиры Пальчун М.Н. продолжает проживать в ней, оплачивая жилое помещение и коммунальные платежи.
Как указал суд, ответчица является стороной договора, подписала его лично, соответственно, не могла не знать, что гарантированно не сможет исполнить его условия о передаче в собственность покупателя помещения (ателье). Указанные действия Черторыжской Ю.А. подтверждают наличие в них умысла сообщить истице недостоверную информацию об условиях сделки с целью ее заключения, что соответствует определению обмана применительно к положениям статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 «О судебной практике по делам о наследовании», наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.
Разрешая обособленный спор, суды, основываясь на оценке представленных в дело доказательств в соответствии с правилами главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 10, 170, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 2, 19, 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», а также обстоятельствами, установленными вступившими в законную силу актами судов общей юрисдикции, исходили из недоказанности совокупности условий, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной по общими и специальным основаниям законодательства о банкротстве.
При этом, суды не установили наличия необходимых в силу статей 166, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации условий для признания соглашения недействительным.
Довод компании об отсутствии вины в неисполнении поставки, исключающем ответственность за это нарушение, противоречит пункту 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Оценив доказательства по делу в соответствии со статьей 71 АПК РФ, исследовав фактические обстоятельства дела и отказывая в иске, суды руководствовались статьями 166, 168, 170, 179, 181, 199, 382, 384, 388, 389, 389.1, 423 Гражданского кодекса Российской Федерации и с учетом судебных актов по делам N А40-159688/2014, А40-51548/2016 и А07-13136/2015 исходили из того, что оспариваемый договор не содержит условия о безвозмездном характере сделки; оснований для квалификации сделки как притворной не установлено; истцом пропущен срок исковой давности.
