«Седьмая симфония»: внезапная передышка от милитаризма в зомбоящике
Сериал про Великую Отечественную, в центре которого не война и не солдаты, — редкость для российского телевидения.
Телеканалы, особенно федеральные, из-за нескончаемого потока пропаганды, безвкусицы и халтуры давно вызывают у просвещенной публики отвращение. Крайне редко от кого сегодня услышишь «я тут видел на ТВ». Во времена, когда все разумное и живое переместилось в интернет (и там-то уже теснимо), трудно даже вспомнить, как всерьез обсуждали удачные сериалы, вышедшие, скажем, на «России» или на «Первом», — вроде «Оттепели» или «Раскола», лет десять назад.
Но похоже, сейчас появился телепроект, вполне заслуживающий внимания. Более того, в основу сюжета лег один из знаменитых эпизодов Великой Отечественной войны, а конкретнее — ленинградской блокады: казалось бы, эти темы надежно оккупированы официальными идеологами и пропагандистами, особенно на центральном телевидении.
8 ноября на «России 1» вышел сериал Александра Котта «Седьмая симфония» — о знаменитой премьере Симфонии № 7 Шостаковича в осажденном Ленинграде и о том, как ее исполнение вообще стало возможным благодаря дирижеру Карлу Элиасбергу (которого играет Алексей Гуськов) и его музыкантам.
У благородного, возвышенного Элиасберга есть совершенно неожиданный оппонент и одновременно союзник: сотрудник НКВД Серегин, только что потерявший семью под фашистской бомбежкой. Именно Серегину, озлобленному на весь мир и равнодушному к таким глупостям, как музыка, начальство поручает посодействовать Элиасбергу и найти в полувымершем от голода городе музыкантов на целый оркестр — для исполнения симфонии.
Вынужденное сотрудничество двух абсолютно разных людей составляет, так сказать, хребет сериала. Вглядываешься в тяжелое грубое лицо Серегина, видишь что-то знакомое — и понимаешь, что это Алексей Кравченко, первой ролью которого когда-то стал мальчик Флера в «Иди и смотри» Элема Климова; так режиссер Котт дарит артисту своеобразное камео, позволив его карьере описать круг.
Известность самого Александра Котта тоже началась с военного кино. «Брестскую крепость» 2010 года оценили и запомнили не только критики, но и широкая публика — которой, вопреки представлениям официальных патриотов, в этом жанре не так-то просто угодить. А еще гораздо раньше был сериал «Конвой PQ-17». Но, в отличие от многих, Котт привлекает тем, что не может оторваться от человека. Это даже странно: (анти)военная тема в кино очень часто перерастает в детское восхищение взрывами и выстрелами, заставляет занять место где-то сверху, в кресле генерала или скорее игрока в компьютерную стратегию: чем больше солдатиков и танчиков движется по полю, тем лучше.
Не то чтобы Котту совсем не нравились красивые пострелушки, его фильмы — уж точно не антивоенные манифесты вроде того же «Иди и смотри» или «А зори здесь тихие». Но он все время встряхивается, отвлекается от битвы и снова фиксируется на конкретных людях, на их, странно сказать, внутренней жизни. Этот гуманитарный не то что посыл, а прямо инстинкт какой-то, заслуживает сочувствия и благодарности.
Поэтому интересна и «Седьмая симфония». Это ведь редкий пример военного кино, где в центре внимания — не война и не солдаты. Даже не работники тыла, которые хоть пули и пайки для фронта производят. А музыканты — самые, вроде бы, бесполезные существа. В адском столкновении двух военно-идеологических левиафанов есть, оказывается, зазоры, трещинки, куда герои и закатываются, где обнаруживают себя и пытаются, насколько возможно, продолжать жить.
По словам самого режиссера, в основе многих линий — истории реальных музыкантов из оркестра. Вот скрипачка Туся (Дарья Коныжева), тайно и безнадежно влюбленная в своего дирижера, готовая слишком на многое ради счастья. Вот флейтистка Вера Преображенская (Елизавета Боярская), потерявшая ребенка, отчаявшаяся до предела. Даже Ольга Берггольц (Виктория Толстоганова) — для официальной пропаганды персонаж не вполне благонадежный — тут есть. В эпизодах появляются прекрасные актеры вроде Игоря Ясуловича или Бориса Смолкина, и все они как-то исчерпывающе целостны, не просто маски.
Изумляет, правда, герой Тимофея Трибунцева. Его альтист Клейман мелочен, труслив, груб и вообще выглядит совершенной карикатурой на ушлого еврея — как-то это, мягко говоря, странно смотрится в фильме о борьбе с нацистами. Может, в следующих сериях его персонаж раскроется шире…
При том что в другие моменты Котт прекрасно чувствует тему, и когда нквдшник вдруг выдает Элиасбергу, полунемцу-полуеврею, что он-де ни тем, ни другим не доверяет, — это как раз абсолютно отрефлексированное высказывание о ксенофобии, которая была, конечно, по обе стороны фронта. Достаточно острый момент — для сериала на федеральном-то канале.
Разумеется, «Седьмая симфония» — не философский артхаус, а популярное кино не без тяги к мелодраме. Но есть в нем и противоположный импульс, в сторону авторского кинематографа: особенно на это работают звук и манера съемки, которые сделаны словно бы на вырост, для более независимого, серьезного жанра.
Тут все время что-то скрипит, звякает, звучит, поет по-своему; музыка композитора Юрия Потеенко не давит на эмоции, не заслоняет Шостаковича, а уважительно дополняет его. Камера Петра Духовского кружит, покачивается, вглядывается в лица героев — но чаще всего то будто с какой-то мечтательностью заглядывается на небеса, то отвлеченно любуется архитектурой посреди руин. Она нетороплива, словно у нее больше времени, чем мы знаем, и снимает она не для жесткого тайминга телесериала и торопливого зрителя, а для каких-то высших целей. И это не вырывает картинку из контекста, а как-то возвышает целиком весь сериал: кажется, «Седьмая симфония» — редкий просвет на фоне триумфально бряцающего милитаризма.
Сын умершего от ковида ветерана вскрыл пакет с телом отца, вдова усопшего сняла это на видео
На видеозаписи, обнародовать которую мы не можем по причине ее шокирующего содержания, видно: родственники умершего от коронавируса 95-летнего ветерана Великой Отечественной войны Виктора Ногина вскрыли пакет и сняли на телефон обнаженного усопшего крупным планом.
Сын ветерана: «Я едва не потерял разум»
Как пояснил сын ветерана Василий Ногин, пока везли тело отца из Кирова, у него возникло непреодолимое желание в последний раз увидеть родителя и проститься с ним. Даже несмотря на строгий запрет вскрывать домовину, заколоченную по бокам четырьмя гвоздями.
На записи, от просмотра которой содрогнется даже человек с крепкими нервами, слышно как негодует жена ветерана. Женщина снимает и комментирует внешний вид умершего: кровоподтеки, синяки на животе и руках, сползающая кожа. Следов вскрытия родственники не обнаружили.
В региональном минздраве пояснили: представленные на записи изменения на теле в виде синяков и кровоподтеков свидетельствуют об интенсивности проводимой терапии, в том числе антикоагулянтами. Они являются естественными посмертными изменениями. Отметим, что, по словам сына, он забрал из морга на улице Тихая,1 в Кирове тело отца через два дня после кончины.
В ходе лечения пациенту Ногину-старшему была проведена комплексная противовирусная, антибактериальная терапия, гормонотерапия, проводилось лечение препаратами генной инженерии, проведен сеанс ультрагемодиафильтрации. Несмотря на усилия врачей, пациент скончался. По факту отсутствия следов вскрытия на теле умершего пожилого человека проводится проверка.
Как отметили в инфекционной больнице, родственник действительно обращался с просьбой ухаживать за отцом. Учитывая тяжелое состояние пациента, данная возможность сыну была предоставлена, однако, тот отказался.
Кого накажут?
Как сообщили Newsler.ru в СУ СКР по Кировской области, по обстоятельствам, изложенным в материале, следователи СК уже проводят процессуальную проверку по результатам которой будет дана юридическая оценка действиям должностных лиц медицинского учреждения и принято процессуальное решение в соответствии с требованиями закона.
Статус вдовы ветерана дает женщине все те льготы и привилегии, что и самому участнику Великой отечественной войны, но не избавляет от ответственности за вскрытие гроба с умершим от особо опасной инфекции. К тому же, несмотря на шокирующую ситуацию, вряд ли ветеран Великой Отечественной войны хотел бы даже после своей смерти предстать таким образом.
Как нам пояснили, для погибших от коронавируса существуют специальные правила захоронения. Тела всех умерших от COVID-19 или имеющих подтверждённый диагноз на коронавирус помещаются в пластиковые пакеты, дезинфицируют снаружи и выдают в закрытом гробу без церемонии прощания. Согласно Кодексу об административных правонарушениях, открывать гроб запрещается под личную ответственность получившего.
Г. Р. Державин. Властителям и судиям
Властителям и судиям
Гавриил Романович Державин
Восстал Всевышний Бог, да судит
Земных богов во сонме их;
Доколе, рек, доколь вам будет
Щадить неправедных и злых?
Ваш долг есть: сохранять законы,
На лица сильных не взирать,
Без помощи, без обороны
Сирот и вдов не оставлять.
Ваш долг: спасать от бед невинных,
Несчастливым подать покров;
От сильных защищать бессильных,
Исторгнуть бедных из оков.
Не внемлют! видят — и не знают!
Покрыты мздою очеса:
Злодействы землю потрясают,
Неправда зыблет небеса.
Цари! Я мнил, вы боги властны,
Никто над вами не судья,
Но вы, как я подобно, страстны,
И так же смертны, как и я.
И вы подобно так падете,
Как с древ увядший лист падет!
И вы подобно так умрете,
Как ваш последний раб умрет!
Воскресни, Боже! Боже правых!
И их молению внемли:
Приди, суди, карай лукавых,
И будь един царем земли!
Другие статьи в литературном дневнике:
Портал Стихи.ру предоставляет авторам возможность свободной публикации своих литературных произведений в сети Интернет на основании пользовательского договора. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и российского законодательства. Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией.
Ежедневная аудитория портала Стихи.ру – порядка 200 тысяч посетителей, которые в общей сумме просматривают более двух миллионов страниц по данным счетчика посещаемости, который расположен справа от этого текста. В каждой графе указано по две цифры: количество просмотров и количество посетителей.
© Все права принадлежат авторам, 2000-2021 Портал работает под эгидой Российского союза писателей 18+
Пособники нацистов в СССР, разоблаченные после долгих лет мирной жизни. 10 громких судебных процессов
Имя генерала Власова стало почти нарицательным для обозначения пособников фашизма во время Великой Отечественной войны. Андрей Власов – самый известный, но далеко не единственный. Некоторым предателям и карателям удавалось десятилетиями жить в СССР под чужими именами и фамилиями, пока их не разоблачили.
Они создавали семьи, работали, вступали в партию, руководили предприятиями. Их почитали, как ветеранов ВОВ. Но час расплаты настал.
Доктор Аарон Шнеер приводит такие цифры: «Всего в 1945-1947 гг. военные трибуналы осудили почти 11 тыс. советских граждан пособников нацистов. В последующие годы еще тысячи их предстали перед судом. Осуждались и те, кто доносил и выдавал евреев. А что происходило в Западных странах? Для сравнения: с мая 1945 г. по 31 декабря 1982 г. на территории ФРГ за участие в преступлениях совершенных нацистами было возбуждено более 80 тыс. дел, однако было наказано лишь 6456 человек. Затем прошло еще несколько процессов, но общее число осужденных судами по сегодняшний день уже в объединенной Германии так и не достигло 7 тыс. человек».
Собрала десятку самых резонансных дел о пособничестве нацистам. Обратите внимание: суд на Власовым здесь упомянут в связи с его соратниками Жиленковым и Малышкиным.
1. Василий Тищенко
Подсудимые во время оглашения приговора
29-летний Тищенко родом из Краснодарского края, в оккупационную полицию пошел добровольно в августе 1942-го. Отличился, получил должность старшины зондеркоманды, затем стал следователем гестапо, не раз лично участвовал в облавах, пытках и казнях.
17 июля 1943 г. Военный трибунал Северо-Кавказского округа приговорил Тищенко и еще семерых пособников к смертной казни. На следующий день осужденных повесили на центральной площади города. Трое получили по 20 лет каторги.
2. Валентин Скрипкин
В 1945-м бежал из Германии и сдался американцам. Союзники выдали перебежчика СССР. Тот не отрицал службу в полиции, получил 10 лет на Колыме. Отбыл срок, вернулся в Таганрог, работал на хлебозаводе, женился.
Скрипкина случайно опознали свидетели. Это случилось в ноябре 1962 г. В 1963-м суд приговорил карателя к высшей мере. В том же году приговор приведен в исполнение.
3. Григорий Васюро
В 1952-м карателя осудили, как сам говорил, за то, что был в плену. Через 3 года амнистировали. Свою деятельность в полиции и СС Васюро скрыл.
Следствие доказало 360 убийств граждан, хотя жертв было намного больше. В судебном заседании «ветеран» крикнул: «Да, я сжег вашу Хатынь!» 26 декабря 1986 года трибунал Белорусского военного округа вынес обвинительный приговор. 2 октября 1987-го Васюро расстреляли.
4. Антонина Макарова
Органы госбезопасности вышли на Макарову в 1977-м, через 33 года после окончания войны. Ее опознали две свидетельницы.
Антонина Макарова-Гинзбург (Тонька-пулемётчица)
20 ноября 1978 г. Брянский областной суд приговорил палача к расстрелу. 11 августа 1979-го Макарову расстреляли. Ходатайства о помиловании, написанные в разные инстанции, были отклонены.
5. Георгий Жиленков
Встреча с Геббельсом. На снимке первый слева — А. Власов, второй слева — Г. Жиленков, крайний справа — Й. Геббельс
1 августа 1946 г. Военная коллегия Верховного суда СССР приговорила Жиленкова к высшей мере. В тот же день его вместе с Власовым и еще несколькими военными преступниками повесили в бутырской тюрьме.
6. Василий Малышкин
У генерал-майора Малышкина с советской властью были свои счеты. Еще до войны его арестовали по обвинению в шпионаже, пытали. В суде дело развалилось, отправили на доследование. Осенью 1939-го Малышкина освободили.
ЦИТАТА . «Положение сейчас такое: с одной стороны — темные силы большевизма, с другой — прогрессивные силы Европы, возглавляемые в этой борьбе Адольфом Гитлером. Мы, русские люди, не можем не согласиться с тем положением, что победа Германии, победа вооруженных сил Германии, является вместе с тем и нашей победой» (из речи генерал-майора Василия Малышкина на собрании русских эмигрантов 24 июля 1943 г. в зале «Баграм» в Париже).
Малышкина арестовали в марте 1946-го. Приговорили к высшей мере, казнили в Бутырке в один день с Власовым и Жиленковым.
7. Алексей Майборода
На новом месте вел обычную жизнь, женился, работал, вносил рацпредложения на производстве, ежегодно сдавал по 3-4 литра крови нуждающимся. Комитетчики вышли на его след только в 1975-76 гг.
Во время следствия обнаружили и братскую могилу, эксгумировали останки и установили личности 18 казненных жертв. В 1976-м в Барвенково состоялся показательный суд над Майбородой. Дом культуры, в котором он проходил, был набит людьми. Каратель получил 15 лет тюрьмы.
8. Иван Мельников
30-летний Иван Мельников стал полицаем, чтобы «прокормить детей», как сам говорил на следствии. Поначалу работал на кухне, носил воду, колол дрова, а вскоре уже гордо вышагивал с белой повязкой на рукаве и винтовкой наперевес, именовал себя «херр полицай».
Иван Мельников на суде
Ствол шахты, где казнили молодогвардейцев
«Коллега» Мельникова полицай Бауткин рассказывал следователю: « В тот период, когда молодогвардейцев расстреливали и сбрасывали в шурф шахты, как-то утром я пришел в полицию и заступил на дежурство. В одной из комнат, где до этого сидели девушки из «Молодой Гвардии» , я увидел Мельникова и других полицейских. Они делили вещи расстрелянных ».
4 апреля 1966 г. Мельникова расстреляли по приговору Луганского областного суда.
9. Борис Ильинский
Сидоров-Лазарев-Ильинский из разведгруппы Вольфа Цирке
Трибунал приговорил экс-разведчика к высшей мере, впоследствии наказание изменили на 25 лет колонии. Борис отбыл срок, дальнейшая его судьба неизвестна. Это уникальное дело хранилось под грифом «Секретно» полстолетия.
10. Сергей Маслов
В 1980-м он как-то умудрился получить бессрочное удостоверение участника Великой Отечественной в обход действующего законодательства. С тех пор жил как ветеран, пользовался почетом и уважением. Ключи от автомобиля Маслову вручал тогдашний губернатор Московской области.
Интересно . Лжеветеран договаривался с писателями, чтобы те рассказывали в книгах о его военных «подвигах», а потом ссылался на них (мол, все правда, вот даже в книжке про меня написано). На «удочку» Маслова попался и Виктор Суворов (Резун) .
Понравилась статья? Подпишитесь на канал, чтобы быть в курсе самых интересных материалов
Как появился миф, что Сталин ссылал инвалидов войны на Соловки
После Второй Мировой войны СССР остался обескровленным: миллионы молодых людей погибли на фронте. Жизнь тех, кто не погиб, но получил увечья, складывалась неоднозначно. Фронтовики возвращались домой калеками, и жить «нормальной» и полноценной жизнью они не могли. Есть мнение, что инвалидов, в угоду Сталину, увозили на Соловки и Валаам, «чтобы не портили присутствием» праздник Победы.
Как образовался этот миф?
«Болтянская: Прокомментируйте чудовищный факт, когда по приказу Сталина после Великой отечественной войны инвалидов насильно ссылали на Валаам, на Соловки, чтобы они, безрукие, безногие герои не портили своим видом праздника победы. Почему об этом сейчас так мало говорится? Почему их не называют поименно? Ведь именно эти люди кровью и ранами своими оплатили победу. Или о них теперь тоже нельзя упоминать?
Даниэль: Ну, а чего его комментировать, этот факт? Этот факт известный, чудовищный. Совершенно понятно, и почему Сталин и сталинское руководство изгнало ветеранов из городов.
Болтянская: Ну это действительно не хотели портить праздничный облик?
Даниэль: Абсолютно так. Я уверен, что из эстетических соображений. Безногие на тележках не вписывались в то художественное произведение, так сказать, в стиле соцреализма, в которое руководство хотело превратить страну. Тут нечего оценивать»
Ни одного факта или ссылки на конкретный исторический источник нет. Лейтмотив беседы – заслуги Сталина завышены, образ не соответствует поступкам.
Миф о тюремных интернатах для ветеранов-инвалидов появился не сразу. Мифологизация началась с таинственной атмосферы вокруг дома на Валааме. Автор знаменитой «Валаамской тетради» экскурсовод Евгений Кузнецов так и писал:
То есть удалённость острова Валаам вызвала у Кузнецова подозрение, что от ветеранов хотели избавиться: «В бывшие монастыри, на острова! С глаз долой. » И тут же к «островам» он причислил Горицы, Кириллов, д. Старая Слобода (Свирское). Но как, например, в Горицах, что в Вологодской области, можно было «упрятать» инвалидов? Это же большой населённый пункт, где всё на виду.
В открытом доступе нет документов, которые прямо указывают на то, что инвалидов ссылают на Соловки, Валаам и другие «места заключений». Вполне может быть, что эти документы существуют в архивах, но обнародованных данных пока нет. Поэтому разговоры о местах ссылки относятся к мифам.
Соловки имеют мрачную репутацию концлагеря. Даже фраза «сослать на Соловки» имеет грозный подтекст, поэтому связать дом инвалидов и Соловки – значит, убедить в том, что инвалиды страдали и умирали в муках.
Другой источник мифа – глубокая убежденность людей в том, что над инвалидами ВОВ измывались, забыли про них и не отдали должного уважения. Людмила Алексеева, председатель Московской Хельсинской группы, на сайте «Эхо Москвы» опубликовала эссе «Как родина отплатила своим победителям». Историк Александр Даниэль и его знаменитое интервью с Нателлой Болтянской на радио «Эхо Москвы». Игорь Гарин (настоящее имя Папирова Игоря, доктора физико-математических наук) написал длинное эссе «Другая правда о Второй Мировой документы, публицистика». Интернет-пользователи, читая такие материалы, составляют однозначно отрицательное мнение.
Другая точка зрения
Фрагмент горицкого списка инвалидов:
«Ратушняк Сергей Сильвестрович (амп. культ. правого бедра) 1922 ИОВ 01.10.1946 по собственному желанию в Винницкую область.
Ригорин Сергей Васильевич рабочий 1914 ИОВ 17.06.1944 на трудоустройство.
Рогозин Василий Николаевич 1916 ИОВ 15.02.1946 выбыл в Махачкалу 05.04.1948 переведён в другой интернат.
Рогозин Кирилл Гаврилович 1906 ИОВ 21.06.1948 переведён на 3 группу.
Романов Пётр Петрович 1923 ИОВ 23.06.1946 по собственному желанию в г. Томск».
Основная задача дома инвалидов – реабилитировать и интегрировать в жизнь, помочь освоить новую профессию. Например, безногие инвалиды обучались профессии счетовода и сапожника. И ситуация с «отловом инвалидов» неоднозначна. Фронтовики с увечьями понимали, что жизнь на улице (чаще всего так и было – родственники убиты, родители погибли или нуждаются в помощи) плоха. Такие фронтовики писали в органы с просьбой отправить их в дом инвалидов. Только после этого их отправляли на Валаам, в Горицы или на Соловки.
