Волшебные травы на Руси. Какие травы считались на Руси магическими? Магические свойства и значение трав в фольклоре: цветок папортоника (Перунов цвет) и одолень трава, плакун-трава, чертополох, сон-трава, перелет-трава.
Однако, такой подход на деле оказался в корне неверным, если не сказать примитивным. Дело в том, что для наших предков все травы были волшебными, если под этим словом понимать целебный эффект. Травники (или зелейники, травознаи, знатоки лютого корня — как их называли раньше) прекрасно знали, что помогает от головной боли, а что от проблем с кожей. Вероятно, знали они и о других более тонких уровнях воздействия растений на уровне вибраций… Аполлон Апполонович Коринфский () — автор очерков о народных сказаниях и поверьях («Народная Русь: Круглый год сказаний, поверий, обычаев и пословиц русского народа»; «Трудовой год русского крестьянина») пишет что травознаи «ходили по лугам и лесам, как в насажденном собственными руками саду: всякой травы, всякой былинки знали свойство и место.»
Но если мы возьмем именно «магические травы», с которыми наши предки связывали разные способности вроде умения находить клады, становиться невидимым, открывать замки, привораживать сердце любимой и прочее, то оказывается:
1) Все волшебные травы оказываются неразрывно связаны именно с богом грозы Перуном и поэтому собираются, согласно поверьям, а) в ночь на Ивана Купалу (т.е самую долгую ночь в году, когда солнечный находится на пике могущества); б) в грозовые («воробьиные», «рябиновые» ночи), когда гремит гром;
2) Все волшебные травы (причем не только у славян, но в немецком, скандинавском, индийском эпосе — то есть в целом в культуре индоевропейцев) всегда (!) связываются с рядом устойчивых образов:
При этом внешне они должны иметь яркий / горящий / сверкающий цвет (аналог молнии) и/или напоминать по форме листа птичье перо.
3) В 70% случаев все «волшебные» названия, коих немало, приводят нас к папоротнику, легенды о котором представляют собой квинтэссенцию вышеперечисленных «магических образов».
4) Если же речь НЕ о папоротнике, (например, чертополох, мандрагора…) это значит, что в данном случае речь идет не о всем комплексе волшебных образов, а только о одном аспекте (например, сон или борьба с нечистой силой). При этом реальные соответствия из мира ботаники устанавливать все труднее, потому что волшебное название (например, ) «растекается», переходит на разные растения от региона к региону, при этом сами «магические» свойства остаются неизменными;
5) Поэтому составление «списков» волшебных трав с их свойствами или поиск соответствий, пожалуй, вовсе не имеет смысла, гораздо важнее и интереснее проследить как зародились те самые устойчивые «волшебной травы» и различные варианты ее названий. То есть мы пойдем в обратном направлении и будем рассуждать не о ботанике или приметах низведенных до уровня суеверий, а о мифах и богах.
Перун громовержец освобождает солнце, дождь и открывает доступ к сокровищам
Итак, самая невероятная магия в мире наших далеких предков — это ежегодное воскресение, когда нечто/некто побеждает и начинает новый виток жизни и развития. Он возвращает пелены туч живительное солнце, прогоняет сумрак долгих зимних ночей и открывает скованные, упрятанные его потоки воды.
Во всех индоевропейских эпосах этим Некто является верховный бог — воин и громовержец. Индра, Тор, Перун, Святовит, Руевит, Белобог — это они побеждают Змея, освобождают похищенных им небесных коров (потоки воды) и являются персонифицированным воплощением справедливости и доблести, торжества Света над Тьмой, Жизни над Смертью и Солнца над Стужей. Этот «побеждающий бог» есть сила неба, сила ветра, дождя и грозы, иными словами — активная, созидательная, кипящая и даже яростная энергия.
А.Фанталов. Перун побеждает Змея. Примечательно, что в англоязычном сегменте интернета данная картина массово используется для иллюстрации текстов посвященных бою Индры и Вритры, хотя сам автор, как видно из названия, подразумевал славянский миф.
Кстати, противостоит этот или вовсе не силам абсолютного зла, а просто иной — пассивной и непроявленной силе, которую олицетворяет («ведающий»), почитавшийся у древних славян как бог вселенской мудрости, хранитель всего тайного, неизведанного, непознанного, сакрального, подсознательного, а также — земного и «темного». Он — силы земли, силы текучей воды, ночи и холода, а также Дед, Мороз, Чернобог, Хозяин Леса, Рогатый Бог, покровитель земледелия, ремесел, искусства, кузнечного дела, диких и домашних животных («скотий бог»), волхвов и странников. Читать подробнее про дуальный союз-противоборство Перуна и Велеса в статье про Аркону
Владислав Дзалба. Велес
В цикличности этого дуального противостояния активной силы пробуждения и пассивной силы засыпания, пожалуй, заключается сама суть мировоззрения наших предков, из которой в дальнейшем разворачивается бесчисленный ряд образов, мифов, поверий и других культурных отголосков это Первого Мифа. Одним из его проявлений как раз и является сбор волшебных трав в числах июня (а точнее — 21 июня на Ивана Купалу, в день летнего солнцестояния), то есть в пору когда в наших широтах дни самые длинные в году, а ночи — самые короткие. Именно в это время, согласно дохристианскому мировоззрению, Перун находится на пике могущества и все живое напитано энергией солнца.
, известный большинству в первую очередь как собиратель русских народных сказок, среди прочего оставил потомкам под названием «Поэтические воззрения славян на природу», где он подробнейшим образом с (и примерами в форме сказок, поговорок, песен, обрядов) рассматривает ключевые мифологические образы славян и других индоевропейских народов. Там он пишет об этом так:
«С возвратом весны , разбиватель облачных гор, отпирает своею молнией небесные источники и напояет землю росой и дождями; он дает земле производительную силу и отпирает ее замкнутые недра. До первого грома земля, по народному выражению, не растворяется. Как ключ, вложенный в отверстие замкá, снимает запоры и открывает доступ к спрятанным сокровищам, так , сверля , освобождает из них солнечный свет и дождевые потоки, а отмыкая , льет оттуда небесное вино или живую воду. Потому молния в поэтических сказаниях народа есть золотой Перунов ключ…»
Виктор Корольков. Громовник
Соответственно, различные магические способности Перуна и его молний — разрыв замков/оков, изгнание силы, преодоление , открытие сокровищ и прочее переносятся с самого бога на различные травы, которые по признакам или свойствам напоминают молнию, ключ, перо или другие проявления божественной борьбы двух сил. Отсюда же схожесть слов «светить» и «цвести», а основное название волшебного цветка в народном фольклоре — Перунов цвет.
У этого цветка — как и у самих древних богов (которых, помимо женских образов, всего два + верховный /Род/Сварог) — множество ипостасей, то есть устойчивых самостоятельных образов, в каждом из которых наиболее ярко проявляется особая черта, при этом они по сути являются одной и той же единой, но многогранной сущностью. Рассмотрим эти грани «волшебного Перунова цвета» подробнее.
(сияющий)
В некоторых русских народных сказках есть упоминание о и когда он цветет, то «ночь бывает яснее дня и море (= дождевая туча) колыхается». В легенде хорутан (славяне Восточных Альп) его аналог под названием солнечник «расцветает тогда, когда весеннее солнце победит черного волка (демона зимы), и хотя нечистые духи силятся не допустить его до расцвета, но усилия их постоянно бывают безуспешны». Есть и множество других названий этого цветка — светицвет (на Руси), Перунов цвет (у хорватов) и другие — в каждом из которых на первом место стоит признак «яркий», то есть все они — ни что иное как метафора небесной молнии .
Robert John Tornthon. Kwiat Paproci
Что касается самих легенд, то, конечно, в этих описаниях невозможно не узнать преданий о цветке папоротника, который согласно народным поверьям цветет ярким цветом всего несколько мгновений в самую волшебную и короткую ночь в году:
«В темную, непроглядную ночь, ровно в двенадцать часов, под грозой и бурею, расцветает огненный цветок Перуна, разливая кругом такой же яркий свет, как самое солнце; но цветок этот красуется одно краткое мгновение: не успеешь глазом мигнуть, как он блеснет и исчезнет!» (, «Поэтические воззрения славян на природу»)
«…цветовая почка его разрывается с треском и распускается золотым цветком или красным, кровавым пламенем, и притом столь ярким, что глаза не в состоянии выносить чудного блеска; показывается этот цветок в то же самое время, в которое и клады, выходя из земли, горят синими огоньками…» (, «Поэтические воззрения славян на природу»)
Смельчак сорвавший магический цветок среди прочего как раз и получает возможность видеть все земные клады — «темная земная кора кажется ему прозрачною, словно стекло». Другое предание гласит: «узнаешь и увидишь, где какая поклажа (клад) лежит и как что положено и сколь глубоко, и можешь взять без всякого вреда и остановки — для того, что ты уже демонов увидишь; а с ним тебя жестоко бояться станут».
А.Пиотровский. Сказка о цветке папоротника
Виктор Корольков. Перунов цвет
Именно поэтому «брать» волшебный цветок полагается также с соблюдением особых ритуалов, которые хоть и разняться в разных регионах, но тем не менее всегда содержат некую символику молнии (нож, четверговая свеча, рябиновая палка или лучина), и упоминают о защитной силе круга и скатерти/покрывала (круг — как универсальный обережный символ, скатерть — как аналог облачного покрова, «одеваясь которым становишься невидимкою; на те же облачные покровы опадает и »).
«…едва сорвет он цветок, как вдруг земля заколеблется под его ногами, раздадутся удары грома, заблистает молния, завоют ветры, послышатся неистовые крики, стрельба, дьявольский хохот и звуки хлыстов, которыми нечистые хлопают по земле; человека обдаст адским пламенем и удушливым серным запахом; перед ним явятся звероподобные чудища с высунутыми огненными языками, острые концы которых пронизывают до самого сердца. Пока не добудешь цвета папоротника — Боже избави выступать из круговой черты, или оглядываться по сторонам: как повернешь голову, так она и останется навеки!»
Остается прояснить — почему же именно папоротник стал аналогом молнии Перуна, тем самым сияющим и сверкающим цветком — ведь папоротники вовсе никогда не цветут! Но и в этом нет противоречия — согласно народным легендам добыть необычайно трудно, неуловимый как молния, он вспыхивает всего на несколько секунд — находится на грани « существует». Очевидно, что таким волшебным божественным цветком не могли бы стать ни шиповник, ни, скажем, дикая гвоздика — которые найти и сорвать может абсолютно каждый без усилий.
Но не только это важно — говоря о папоротнике, не стоит забывать о необыкновенной форме его листа. Древний реликтовый свидетель эры гигантских ящеров, он сам по себе, со скрученными в тугие шары побегами и резными листьями выглядит нездешним, сказочным, непохожим ни на что другое… а главное — он напоминает одновременно стрелу и птичье перо, что ведет нас к новой грани волшебного цветка.
«…ни минуты не остается в покойном состоянии, а беспрерывно движется взад и вперед и прыгает, как живая птичка; самый распустившийся цветок быстро носится над землею, словно яркая звезда, и упадает на то место, где зарыт клад…»
Здесь отражено представление о том, что волшебный цветок перемещается и вспыхивает с неуловимой быстротой — подобно молнии, которую многие индоевропейские народы представляли в виде птицы.
Е.Смиронова. В царстве папоротника
Кстати, один из видов папоротника в наших широтах носит название орляк, что отсылает нас уже к орлу и соколу — священным птицам славян, которые, в свою очередь, также неразрывны с богом воинской доблести Перуном.
Интересно, что птичье перо в мифологии индоевропейских народов очень часто является неким магическим артефактом — что, возможно, также связано с представлениями о божественных молниях. Так, индийский громовержец Индра, добывая сому (то есть напиток бессмертия или живую воду) из облачных гор, оборачивается соколом, а его упавшее перо также превращается на земле в волшебный цветок.
В наших же русских сказках тема волшебного пера представлена в истории о и в сказке о Вороне Вороновиче (или — в других версиях — о Медном, серебряном и Золотом царствах). В последней именно оброненный (или вытребованный) у Ворона Вороновича (ворон = добыватель живой воды) позволяет главному герою невредимым вернуться/перелететь в свой мир из некой параллельной реальности («заоблачного» или «подземного» царства). Аналогичная история есть в немецком фольклоре — там, герой, вложив себе в рот и уши по три перышка, получает возможность летать с невероятной быстротой.
Иллюстрация к сказке «Три царства — медное, серебряное и золотое»
(отпирающая замки)
«Если приложить к запертой двери или замку — они немедленно разлетятся на части, а если бросить в кузницу — ни один кузнец не в состоянии будет сваривать и ковать железо, хоть бросай работу! ломает и все другие металлические связи: сталь, золото, серебро и медь…»
Бытовало предание, что неуловимые воры вживляли себе в палец кусочек этой сказочной травы и тогда — стоило такому человеку дотронуться до любого замка — как он распадался от простого прикосновения.
Интересно, что и в Италии есть схожие предания о траве разрывающей железо. Там считалось, что если лошадь наступит на такую, то с нее сразу же отскочит подкова.
Другой образ, связанный с размыканием замков — это ключ, открывающий небо. У славян носителем подобных ключей от неба (а позднее — рая) традиционно считались птицы. Прилетая весной, они «открывали» небесные замки и выпускали на землю дожди. Отсюда же, скорее всего идет и предание о том, что ворон знает где добыть живую и мертвую воду, или же вовсе — является хранителем этих источников и носителем ключей от них.
(выпускающая росы, дожди и слезы)
В знаменитой «Голубиной книге» — удивительном памятнике словесности, сохранившем дохристианские верования наших предков в форме христианского стиха, есть часть, где перечисляются наивысшие и наиглавнейшие сущности среди разных групп — «что есть всем птицам мати», «всем зверям мати», «всем городам мати»… Так вот именно обозначена там как «трава всем травам мати».
«…смиряют нечистых духов, делают их послушными воле человека, уничтожают чары колдунов и ведьм, спасают от дьявольского искушения и всяких недугов…»
и (разящие демонов)
Если заставляет демонов плакать, то в иной своей ипостаси — — она заставляет их разбегаться в страхе и являет собой активную жизненную силу солнца (=Перуна), побеждающую Зиму (=болезни, бесы, смерть). Отсюда, вероятно, идет и иной визуальный образ — здесь уже важно не сходство с пером (как у ), а наличие колючек, поэтому нередко ассоциировалась с чертополохом или другими растениями из семейства репейников. Название же «одолень» происходит от слова «одолевать», подразумевая различных недругов и силы, тот же смысл несет и название «чертополох» (=всполошить чертей). Он же был известен под наименованиями волчец, игольчатка, колючка.
сохранил и записал заговор, которым ограждали себя на Руси от злых сил путники, отправляясь в долгую дорогу:
«еду я во чистом поле, а во чистом поле растет . ! не я тебя поливал, не я тебя породил; породила тебя мать сыра земля, поливали тебя девки простоволосые, ( вещие, облачные девы и жены). ! одолей ты злых людей: лихо бы на нас не думали, скверного не мыслили; отгони ты чародея, ябедника. ! одолей мне горы высокие, долы низкие, озера синие, берега крутые, леса темные, пеньки и колоды… Спрячу я тебя, , у ретивого сердца, во всем пути и во всей дороженьке.»
Впрочем, может быть и иной. Другое название этой волшебной травы — «прострел». Бытовало предание, что она возникла когда стрела бога вонзилась в некое живое растение (=прострелила его). В этом случае визуальное проявление Перунова цвета опять меняется — им становится растение со стеблем полым внутри (=простреленное). Поэтому на роль прострела чаще всего выбирают кувшинку (причем не только в разных регионах Руси, но и, например, в Германии). Интересную аналогию на этот счет предложил в своем исследовании Якоб Гримм — он отметил, что кувшинка — это локальный аналог лотоса, то есть цветка, с которым непосредственно связан индоевропейский миф о сотворении мира:
«Гигантский и роскошный цветок Индии, возникающий из лона вод, ближе всего мог служить эмблемою небесного , какой зарождается в недрах туч и цветет посреди дождевого моря; так как, по древнему воззрению, все сущее на земле вызывается к бытию творческою силою весенних гроз, то с лотосом соединяли миф о создании мира».
Независимо от разницы в названиях и внешнем виде свойства и прострела одинаковы. Оба фигурируют повсеместно в обрядах связанным с излечением от болезней домашнего скота, а также:
«…кто хочет, чтобы дом его был безопасен от грозы и пожара и чтобы житье в нем было счастливое, тот должен сорвать …»
Последняя важная аватара Перунова цвета — это , усыпляющая, сковывающая, смертоносная, погружающая в непробудный сон. Казалось бы тут есть некое противоречие — ведь все время до этого речь шла о противоположных понятиях — жизнь, пробуждение, живая вода. Но для наших предков здесь противоречия не было. Жизнь циклична и после «отпирания» небесной воды (жизни) идет новое ее «запирание» на замки — новая зима. Причем новый виток цикла жизни-смерти также связан с молнией.
В.Васнецов. Спящая царевна
По одним легендам сам Перун, воскресивший природу к жизни, усыпляет ее когда подходит время. Так, у чехов существовало предание о двух молниях — весенней огневой (т.е возжигающей пламя) и осенней ледяной (то есть гасящей его). По другим версиям ледяные молнии принадлежат не Громовержцу Перуну, а уже его противнику Вритре/Змею/Велесу — то есть молнии это общее для них орудие сражения, а гром — это звуки их битвы. Как бы то ни было смертоносная сила молний не подвергалась сомнениям, поэтому происхождение от молний же некой травы со свойствами усыпления понятно и логично. Другими словами — это аналог мертвой воды.
Виктор Корольков. Поединок Перуна с демоном зимы
Примечательно, что сбор также связывают с ночью на Ивана Купалу (день летнего солнцестояния 21 июня), ведь именно тогда происходит поворот на зиму — дни постепенно становятся короче, а ночи длиннее. Иными словами — природа достигла некого условного расцвета и начнет постепенно погружаться в сон.
Всеволод Иванов. Купальская ночь
Завершить наше фольклорное исследование волшебным трав хотелось бы поэтичной цитатой Апполона Апполоновича Коринфского (автора очерков о народных сказаниях и поверьях «Народная Русь: Круглый год сказаний, поверий, обычаев и пословиц русского народа»; «Трудовой год русского крестьянина»:
«Травы, долженствующие обладать таинственной силою, собирали в ночь на Ивана Купалу или Аграфену Купальницу, или Аграфену Лютые Коренья (с 23 на 24 июня), когда все земное получало сверъестественную мощь: как злую, так и добрую. И говорят, была (а может, по сию пору есть!) такая трава — колдовская, расчудесная! — что если отыщешь ее… пройдешь по любому морю — и ноги твои не промокнут. В эту ночь травы цвели огнем. Таковы были черная напороть, , голубь и другие. Иной цвет пылал неподвижным, сильным пламенем, иной имел вид молнии, летучего, призрачного огня…»
Мифы славян о происхождении растений
В далекие времена, когда сам Бог ходил по земле, жизнь людей была легкой и сытой. Круглый год стояло лето. Когда нужно, выпадал дождь, когда нужно — светило солнце. В лесах росли плодовые деревья, источники были медовыми, из них текли сладкие реки. Звери были смирными, и все кормились травой. Люди не знали ни болезней, ни бед, ни голода. Хлебный колос был очень большим — по локоть, стебля почти не было, потому что зерна начинались от самой земли, а каждое зерно было размером с боб. Хлеба было так много, что его никто не ценил. Один раз Бог, странствуя по земле, увидел, как мать подтерла краюшкой только что испеченного хлеба обмаравшегося ребенка и при этом отказала в пище страннику. Бог рассердился, взошел на небо, проклял и людей и землю и лишил их хлеба.
Стала земля как камень, сохой ее не вспашешь. Погода изменилась — то засуха, то стужа. Сладкие реки высохли, трава пожухла, листья завяли. На земле наступил голод. Тогда кошка и собака пошли к Богу просить хлеба. Тот сжалился и выделил хлеба на собачью и кошачью долю — маленький колос на длинном стебле, такой, как у нас сейчас. Бог сделал так, что лето стало занимать только половину года. Зима — для людей, лето — для зверей. В некоторых деревнях до сих пор принято, выпекая хлеб нового урожая, первый кусок давать кошке и собаке, потому что, как говорят в народе, мы едим кошачью и собачью долю.
Другая легенда о хлебном колосе рассказывает, как Богородица ходила по земле под видом старой нищенки, чтобы испытать милосердие людей. Женщина пекла блины и отказалась дать Ей кусочек, сказав: «Я лучше отдам собаке». Богородица разгневалась, вышла в поле и оборвала верхушку колоса — остался только маленький стебель, и то лишь благодаря заступничеству Христа. Ячмень и горох проросли из слез Адама. Он, выгнанный из рая, горько плакал, первый раз обрабатывая землю, и где падали его слезы, там вырастал горох. О крапиве говорят, что она была посеяна дьяволом и проклята Богом. В некоторых областях Украины о крапиве и васильках рассказывают историю, похожую на одну из легенд о происхождении кукушки и соловья:
В легенде, созданной под влиянием греческих сказаний об обретении креста Господня, рассказывается, что васильки выросли на месте, где был закопан крест, на котором распяли Христа. Елена, мать римского императора Константина, провозгласившего христианство государственной религией, отправилась искать, где гонители Христа спрятали Его крест. Крест был закопан в землю, а чтобы его никто не нашел, навалили на это место кучу мусора и посадили дурман и белену. Бог, чтобы не допустить поругания святого места, дал некоему человеку, по имени Василий, семена цветов и велел посеять их на том месте, где были посажены ядовитые травы. Когда императрица Елена после долгих поисков взмолилась Богу, Он велел ей искать место, где растут голубые пахучие цветы. Елена пошла на Голгофу, нашла там среди кучи мусора место, где цвели васильки, и выкопала крест Господень. О появлении васильков повествует позднее русское сказание, связанное с именем известного московского юродивого Василия Блаженного (под именем которого известен храм Покрова на Красной площади в Москве). Рассказывают, что когда Василий Блаженный умер, его тело нашли среди пахучих голубых цветов. Сначала думали, что этот запах издает тело святого, но потом убедились, что благоухала трава, в которой оно лежало. Поэтому цветы, прозванные васильками, пахнут ладаном.
В народной традиции существуют и рассказы о появлении цикория. Это растение в просторечии называется «Петровым батогом». Апостол Петр, образ которого в народном культе святых наделен чертами пастуха и хранителя полей, однажды гнал своих овец на пастбище, но забыл взять с собой хворостину. Увидев по дороге бурьян с длинным стеблем, он сорвал его и погнал им овец. Так цикорий стал называться Петровым батогом. По другой версии легенды, Петр ходил по созревающим полям и сгонял прутиком, как батогом, с хлебных колосьев разных жуков и букашек, чтобы они не портили хлеба. Пройдя все поле и согнав с него вредителей, Петр бросал свой батог на землю, а тот сразу давал корни и начинал расти. Поэтому цикорий чаще всего растет по краям полей и обочинам дорог — там, где бросил его св. Петр.
Желто-синий цветок Иван-да-Марья (на Украине он зовется братки), также имеет свою легенду. В одной семье было двое детей — брат и сестра. Их родители умерли, и детям пришлось расстаться — брат уехал в чужой край и там стал разбойником (по другой версии, они пошли в разные стороны нищенствовать). Когда они выросли, то уже совсем не помнили друг друга. Однажды сестра пошла к реке набрать воды, и ее захватила шайка разбойников во главе с молодым и красивым атаманом. Он влюбился в девушку и решил на ней жениться. После венчания молодые стали рассказывать друг другу о себе. Они выяснили, что оба сироты, что оба из одного села и, наконец, что у них обоих одинаковое отчество. Только теперь они узнали друг друга и поняли, что они брат и сестра. От стыда они пошли в поле и превратились в одно растение. Марья стала желтыми цветами, а ее брат синими.
А чеснок, согласно поверьям, получился из зубов бабы-колдуньи. Она умерла, ее похоронили, а в могиле у нее выпали все зубы, из которых и вырос чеснок. Вот и считается, что есть чеснок — грех, особенно перед тем, как идти в церковь, — потому что тогда человек молится не Богу, а лукавому и от такого человека его ангел-хранитель отступает на двенадцать дней. Особенно не годится есть чеснок на ночь: дом, в котором кто-нибудь наелся чесноку, ангел обходит за двенадцать дворов. Очень много легенд рассказывает о появлении табака — культуры, которая распространилась у восточных славян достаточно поздно. Табак — нечистое, дьявольское растение и происходит он из черта. По одной легенде, когда Бог, разгневавшись на чертей, сбросил их с неба, один черт летел-летел и упал на вершину сухого дуба. Черт висел на дереве до тех пор, пока не начал гнить. Из него на землю стала сыпаться гнилая труха, и из этой трухи вырос табак. Люди стали его курить и нюхать, а потом и сажать у себя на огородах.
По другой легенде, черти однажды пытались ввести в грех монаха. Но как они ни старались выманить его из кельи, ничего не получалось — монах не обращал на них внимания и молился Богу, тогда черти подожгли расщепленный дуб, что рос возле кельи, надеясь, что монах выбежит его тушить. Но тот заклял и сам дуб, и одного из черней, который в этот момент сидел в расщелине дерева. Расщелина в дубе тут же срослась, и черта раздавило. Его кровь смешалась с дубовыми листьями, и из нее вырос табак. Его, выросшего из чертовой крови, грех курить, и тот, кто курит, не сможет попасть в рай. О происхождении табака из мертвого черта рассказывает и следующая легенда. По другим сказаниям, черт дал людям табак в уже готовом виде и научил его курить и нюхать. Одни говорят, будто черти заманивают в лес человека, шедшего в церковь, и учат его курить трубку. Другие считают, что на курение табака и приготовление водки лукавый подбил одного пустынника.
Некий пустынник долго жил один в дремучей чаще, и наконец стало ему невмоготу. Тогда дьявол принял человеческий образ и пришел к пустыннику:
— С чего это ты печалишься?
— Грустно одному в большом лесу, — отвечает пустынник.
— Возьми коробочку с порошком — понюхаешь, и покажется тебе, что ты не один.
Потянул пустынник носом порошку из коробочки, врученной дьяволом, и стало ему весело. На следующий день снова приходит лукавый и протягивает пустыннику трубку.
— Вот тебе трубка и табак — закуришь, и покажется, что ты уже с двумя друзьями.
Закурил пустынник трубку, и стало ему еще веселее, чем было. На третий день лукавый принес водку.
— На тебе склянку с лечебными каплями — выпьешь, и покажется тебе, что ты в большой компании.
Выпил пустынник и начал гопака плясать. Так распространились по земле табак и водка. Другие легенды рассказывают, что табак пророс из тела блудницы, которая осквернила себя сожительством с собакой, либо из тела дочери царя Ирода, что за свой прекрасный танец потребовала от отца голову Иоанна Крестителя. После смерти и той, и другой на их могилах вырос табак. Похожие легенды повествуют и о возникновении картофеля, появившегося на Руси только при Петре I. Картофель называли чертовыми яблоками, считали, что, как и табак, вырос из тела блудницы. Долгое время, особенно среди старообрядцев, бытовало убеждение, что его есть грешно. О происхождении деревьев легенд сравнительно мало, а о том, откуда взялись плодовые деревья, их вообще нет. Появление лесов связывается в народной традиции с грехопадением первых людей: раньше на земле лесов не было, а росла только трава. Когда случилось грехопадение, Бог проклял змея, и тот сразу скрылся под землю и пополз под ней. В тех местах, где он проползал, выросли леса. Но бытует и другое мнение: все деревья — и лесные, и фруктовые — посадил сам Бог на благо людям.
Осиновой палкой нельзя ударить ни человека, ни скотину, иначе их разобьет паралич. Зато осиновый кол вбивают в могилы колдунам и ведьмам, чтобы они после смерти не вредили людям. В легендах проклятая осина часто противопоставляется какому-либо другому, святому дереву, которое защитило Христа в трудную минуту. На Русском Севере святым деревом, вернее, кустарником, считается можжевельник, который окутал Богородицу и младенца своими плотными ветками, укрыв их от преследователей. В других восточнославянских краях осине противопоставлен орешник. Благословенными деревьями считаются сосна, поскольку она оказалась непригодной для изготовления креста Господня, и липа, которой Бог дал особую силу: отворачивать проклятия, насылаемые женами на головы мужей. Эти проклятия липа принимает на себя, вот почему на ней так много наростов. Из кустарников в народных сказаниях выделены только бузина, шиповник и чай.
По другим представлениям, распространенным, в основном, среди старообрядцев, чай пить грешно, поскольку он, как табак и картофель, вырос из тела блудницы.
