Что такое либретто в кино
*Либретто — слово итальянское, уменьшительное от libro — книга; libretto первоначально означало — книжечка, т.е. небольшое по размерам изложение содержания балета, оперы или пьесы. Следует различать: 1) либретто для зрителя (изложение содержания идущего в театре спектакля, которое обычно печатается в театральной программе) и 2) авторское либретто для постановки (особого вида пьеса для балета или оперы). Здесь и в дальнейшем речь идет именно об авторском либретто.
3. При работе над пьесой между авторами возможно разделение труда: один — в форме сценария разрабатывает фабулу пьесы, подробный план ее сценической композиции, другой — разрабатывает диалоги действующих лиц. Такая практика иногда имеет у нас применение в драматургии «малых форм»: одни авторы (сценаристы) пишут сценарии будущих постановок, другие (которые называются «текстовиками») пишут разговорный текст к этим сценариям, тем самым превращая их в пьесы законченной формы.
4. В театре сценической импровизации (т.е. в театре, где разговор на сцене импровизируется, разрабатывается самими актерами) пьесы пишутся в форме сценария. Так писались пьесы в театре итальянских комедиантов XVI-XVTII веков (так называемом театре «la commedia dell’arte»).
Вот, например, отрывок сценария одной из итальянских комедий, представлявшихся в 30-х годах XVIII века в России при дворе императрицы Анны Иоанновны. Называется комедия «Метаморфозы, или Преображения арле-киновы».
Театр показывает город и ночь
Сильвий входит, защищая себя от многих воров, которые с голыми (т.е. обнаженными) шпагами гонятся за ним. Оной (т.е. оный, он, — Сильвий) кидается от них в один дом, у которого были ворота отворены, и укрывается от них (т.е. от воров) через то (т.е. таким образом).
Воры, увидевши, что им то не удалось, выходят.
Театр показывает камору (т.е. комнату) Смеральдина спрашивает у Дианы, что для чего бы она не шла покамест (т.е. до сих пор) ложиться спать. Диана ей ответствует, что она хочет немного еще на воздухе побыть. Смеральдина начала ей говорить, что, может быть, любовник какой-нибудь причиной тому был. Та уверяет, что не для того. Смеральдина, хотя (т.е. желая) поставить свечу на стол, (нечаянно) угасила (свечу). Диана за то стала ее бранить и приказала ей оную засветить. Смеральди-на выходит.
Сильвий с голою шпагою, смотря, где бы вытти было можно, насунулся (т.е. натолкнулся) на Диану; Диана, думая, что то Смеральдина, спрашивает, что где свеча? Сильвий, не зная, что говорить, ответствует, что она спозналась. Слыша голос мужеской в каморе (т.е. комнате) своей, Диана испужалась и спрашивает у него, кто бы он был. Между тем Смеральдина возвращается со свечою, которая (т.е. Смеральдина), увидевши мужика (т.е. мужчину) с госпожею своею, говорит ей: аг, аг, аг, сударыня, вот то-то называется немного еще на воздухе побыть! Сильвий просит прощенья у Дианы в том, что он к ней зашел, и рассказывает ей причину тому. Диана сожалеет о нем. Сильвий влюбливает-ся в нее, а Диана также в него. И когда они хотели друг другу яснее себя объявить, тогда стала говорить Смеральдина Сильвию, чтоб он изволил вытти, потому что в это время привык Панталон пробуждаться и вставать, и т.д.»
Такого рода немой (т.е. без разработанного диалога) сценарий для сценической разговорной постановки является, по отношению к сценическому спектаклю, пьесой незаконченной формы. Описывая только внешнее действие, сценарий не содержит диалога, который дорабатывается в процессе постановки спектакля самими исполнителями.
Если разговорную сценическую пьесу можно определить как изображение действия посредством диалога и ремарок (описательные элементы пьесы, рисующие обстановку, действия, внешность и внешнее поведение дей-•ствующих лиц), то сценарий commedia dell’arte является пьесой, состоящей из одних только ремарок без диалога (или только с зачатками диалога), пьесой в форме развер-
[*Из книги В.Н. Перетца «Итальянские комедии и интермедии, представленные при дворе императрицы Анны Иоанов-ны в 1733—1735 гг.», Петроград, 1917 г.; в цитированном отрывке сохранен язык, но не воспроизведена старая орфография.]
нутой ремарки без разработанного диалога. По сравнению с разговорной пьесой получается обратное соотношение драматургических средств: в разговорной пьесе исчерпывающе разрабатывается диалог и обычно очень скупо даются ремарки (вплоть до отказа от них); в сценарии commedia dell’arte подробно разрабатывается как раз ремарка и совсем не разработан (только намечен в косвенной речи) диалог.
5. Очевидно, что такой «немой» сценарий по отношению к спектаклю только тогда окажется пьесой достаточно законченной формы, если спектакль тоже «немой». Такова пантомима, т.е. сценический спектакль, в котором совершенно отсутствует слово на сцене и все действие передается мимически (внешними движениями, жестикуляцией и мимикой актеров).
Балет является видом пантомимы (танцевальная пантомима). Автор, недостаточно осведомленный в технологии балетного искусства, обычно ограничивает свою задачу написанием либретто. Но автор, хорошо знающий технику балетных постановок, может написать свою пьесу для балета в форме сценария.
Все пьесы ремлрочной формы (достаточной для «немого» театра и не достаточной для разговорного театра) можно назвать авторскими сценариями.
Таким образом, в практике театра и театральной драматургии одним и тем же термином сценарий обозначается и первичное произведение автора-драматурга для сцены и последующая разработка авторского произведения для постановки режиссером. Однако, между тем, что нами названо авторским сценарием, и тем, что нами определено как режиссерский сценарий, существует весьма отчетливое и принципиальное различие.
Режиссерский сценарий представляет собой разработку и разметку имеющегося уже налицо текста пьесы (или в балете — либретто) применительно к средствам сценического выражения, к технике постановки и ведения спектакля. Авторский сценарий впервые излагает содержание пьесы (спектакля), давая достаточно полное и сюжетно осмысленное описание происходящих в ней событий.
В этом отношении либретто (например, балетное) и авторский сценарии (например, commedia dell’arte) выполняют одинаковую функцию. Различаются же они между собой тем, что либретто менее технично в смысле соответствия сценической технике и тяготеет к литературной форме рассказа, авторский же сценарий отходит от формы литературного произведения для чтения и стремится к форме точного плана сценической постановки, совмещая задачи либретто (связного изложения фабулы) и постановочного плана (режиссерского сценария).
Из трех форм работы драматурга для театра (либретто, сценарий, пьеса) только пьеса с литературно обработанным диалогом, воспроизводимым на сцене исполнителями спектакля в авторском тексте, привлекала внимание писателя и поэта.
С давних времен возникла драматическая поэзия как особый поэтический род наряду с эпосом и лирикой.
В ином положении оказались либретто (балетные) и сценарии (commedia dell’arte, «малых форм» и др.). Они не вошли в литературу ни в качестве драматических произведений, поскольку в них отсутствовал литературно разработанный диалог, ни в качестве хотя бы новелл или сказок для театра, поскольку они не удовлетворяли требованиям, которые предъявляются к литературным произведениям, предназначенным для чтения. Они были всегда только внутренними документами театра, рабочими схемами-эскизами сценических спектаклей, обретавшими полноту содержания и художественной выразительности только в работе над спектаклем, в творчестве исполнителей спектакля (постановщика-режиссера и актеров).
Это бытование либретто и сценариев в замкнутом и узком кругу «театрального производства» приводило к тому, что из мастеров изящной литературы и драматургии находилось мало желающих работать для театра в качестве либреттиста или сценариста.
Либретто русских фильмов 1908–1917
Принципы составления и структура базы
Публикуемые материалы – наиболее полная коллекция дореволюционных кинематографических либретто к игровым фильмам, впервые собранных вместе. Либретто – краткие описания сюжетов фильмов – писались уже к первым русским кинокартинам. Так, сохранилось либретто фильма 1908 г. «Стенька Разин» («Понизовая вольница»), с которого принято отсчитывать историю русского кино. В 1907—1918 гг. кинопресса публиковала либретто регулярно. На основе первых русских кинематографических журналов и была составлена эта коллекция, отражающая значительную часть ранней истории экранной литературы в России. В настоящий момент в ней 886 либретто, однако собрание будет пополняться.
Электронная база разделена на секции, соответствующие определенным годам истории дореволюционного кино. Внутри секций – главы, каждая из которых посвящена одному кинематографическому либретто.
Структура глав следующая. Сперва дается фильмографический заголовок со всеми известными названиями фильма, к которому писалось либретто (в эпоху раннего кино у картины часто было несколько названий). Если либретто отсылает лишь к одной серии картины, то номер серии указывается в квадратных скобках. Если же существует несколько вариантов либретто к одному и тому же фильму (как в случае, например, с картиной «Братья Карамазовы» 1915 г.), то они нумеруются условно, и номера отмечаются в круглых скобках. За фильмографическим заголовком следует заголовок либретто, заключенный в кавычки; во многих случаях тексты этих двух заголовков не совпадают. Далее приводится само либретто; тексты воспроизводятся по нормам современной орфографии и пунктуации с исправлением очевидных опечаток. После этого ставится ссылка на источник текста. Если удалось установить, что один и то же текст либретто печатался в разных журналах, в разделе «Другие источники либретто» ставятся соответствующие ссылки. Завершается каждая глава фильмографической справкой, взятой из наиболее полной на сегодняшний день фильмографии «Художественные фильмы дореволюционной России» (М.: Госкиноиздат, 1945) Вен. Вишневского.
Общие принципы составления базы можно кратко сформулировать так. Участниками научно-учебной группы были просмотрены все номера крупнейших дореволюционных журналов, а также периодических изданий, которые находились на периферии ранней русской киножурналистики. Список привлеченных к работе журналов нельзя назвать исчерпывающим, но он представляется вполне репрезентативным:
«Вестник живой фотографии» (СПб., 1909)
«Вестник кинематографии» (М., 1911—1917)
«Вестник кинематографов в Санкт-Петербурге» (СПб., 1908)
«Живой экран» (Ростов-на-Дону, 1912—1917)
«Кине-журнал» (М., 1910—1917)
«Кинема-омниум» (СПб., 1913—1914)
«Кинематограф» (Ростов-на-Дону, 1914—1915)
«Кинематограф» (СПб., 1915—1916)
«Кинематографический театр» (СПб., 1910—1911)
«Кино» [приложение к журналу «Светопись»] (М., 1907—1908)
«Кино-курьер» (СПб., 1913—1914)
«Курьер синематографии» (Ревель, 1913)
«Наша неделя» (М., 1911—1917)
«Проэктор» (М., 1915—1918)
«Синема» («Кинема») (Ростов-на-Дону, 1913—1916)
«Сине-Фоно» (М., 1907—1918; кроме №№ 15—16 за 1917 г.)
«Экран и сцена» (Ростов-на-Дону, 1910)
«Экран России» (М., 1916)
«Южанин» (Харьков, 1915—1916).
По каждому номеру журнала составлялся полный список либретто, опубликованных в соответствующем журнале. Далее с помощью фильмографии Вен. Вишневского все единицы составленных списков проверялись, и таким образом описания зарубежных фильмов можно было отделить от либретто кинокартин отечественных, которые расшифровывались и заносились в базу.
Если либретто к фильму печаталось в нескольких журналах без каких бы то ни было расхождений или же с разночтениями малосущественными (наличие или отсутствие разбивки на абзацы, пропуск отдельных слов или предложений), то в базу в качестве основного заносился вариант из более крупного (распространенного) киножурнала, остальные же отмечались как дополнительные (в разделе «Другие источники либретто»). Понятно, что понятие крупности (распространенности) относительное, однако в целях более системного подхода к материалу была составлена очередность дореволюционных киножурналов, в которой первые места заняли наиболее долгосрочные московские журналы как издания, имеющие наибольшее влияние на кинопроцесс. Итак, список получился следующий: «Сине-Фоно» (М., 1907—1918), «Кине-журнал» (М., 1910—1917), «Вестник кинематографии» (М., 1911—1917), «Проэктор» (М., 1915—1918), «Живой экран» (Ростов-на-Дону, 1912—1917), «Синема» («Кинема») (Ростов-на-Дону, 1913—1916). Встраивать в эту иерархию журналы, выпускавшиеся менее трех лет, не было необходимости, так как либретто, публикуемые в них, или являлись уникальными (и тогда сравнивать с другими вариантами было невозможно), или уже встречались хотя бы в одном из «крупных» журналов и автоматически попадали в «дополнительный список».
В тех редких случаях, когда текст либретто печатался в отдельных брошюрах, ссылки даются на эти издания.
Фильмографические справки, как указывалось выше, приводятся по справочнику Вишневского. Многие данные в нем нуждаются в проверке и корректировке, однако эта большая работа не входила в задачи проекта, и от научного редактирования фильмографических справок пришлось временно отказаться. В целях единообразного подхода к работе справки воспроизводятся в точности даже тогда, когда отдельные замечания Вишневского опровергаются текстами либретто. Так, справка к фильму 1914 г. «Когда звучат струны сердца» заканчивается следующей ремаркой: «Первая творческая работа коллектива артистов студии МХТ; сюжет постановки, оператор и база, где картина снималась, не установлены». Публикуемое в соответствующей главе либретто, безусловно, дает представление о сюжете фильма.
Собранная коллекция либретто в первую очередь представляет ценность как источник сведений об утраченных фильмах (lost films): из всего дореволюционного кинонаследия сохранилось не более 15 %. К сожалению, не ко всем утраченным фильмам можно найти либретто, однако база покрывает значительную часть русских lost films. Либретто к сохранившимся фильмам также представляют научный интерес. Оказалось, что далеко не все они воспроизведены в справочнике «Великий Кинемо. Каталог сохранившихся игровых фильмов России 1908—1918» (М.: НЛО, 2002), в котором собраны важнейшие материалы по сохранившимся фильмам. Так, например, в ходе исследования были отмечены отсутствующие в «Великом Кинемо…» либретто к сохранившимся фильмам «Мазепа» (1909) и «Пан Твардовский» (1917). Эти и другие вновь найденные тексты могут быть использованы как материал для реконструкции соответствующих фильмов.
Отдельные стадии работы над киносценарием
Современный съемочный сценарий в готовом для постановки виде представляет собою сложное построение, имеющее точный объем, устанавливающее точную и обязательную последовательность моментов действия (сцен, кадров), разрабатывающее в конкретной форме (мизансцены, «мизанкадры»), каждый отдельный момент действия, игру актеров, диалог, титры, звуки, шумы, указывающее декорации (или натуру), эффекты освещения, планы, приемы съемки и монтажных переходов от куска к куску, даже оптику и сорт пленки.
Совершенно очевидно, что для того, чтобы производить такую разработку съемочного сценария, надо предварительно иметь, что разрабатывать, т.е. расширенное либретто (американский «тритмент» — treatment; буквально — разработка) или же авторский сценарий (отличающийся от съемочного сценария отсутствием технических ремарок, а зачастую также детальной кадровки, Детальной разработки сцен и диалога). Изложению оригинального сюжета в форме расширенного либретто или авт°рского сценария, очевидно, может предшествовать первичная его наметка в форме краткого либретто (синопсиса*, экспозэ*4). В случае экранизации литературного произведения обычно в таком кратком либретто (синопсисе, экспозэ) нет надобности: в качестве первичного материала имеется само экранизируемое литературное произведение. Но иногда может понадобиться предварительное краткое либретто, если экранизация значительно отходит от литературного источника и существенно его видоизменяет.
Очевидно также, что для того, чтобы разработать сценарий до его законченной, постановочной формы, надо не только обладать способностями и уменьем писателя и драматурга, но и хорошо знать технологию постановки и съемки фильма.
Независимо от того, осуществляется ли сценарий от начала до конца силами одного автора или в разных фазах его составления разными авторами, можно говорить о следующих выработавшихся на практике стадиях работы над сценарием:
1. Либретто (краткое либретто, синопсис, экспозэ).
2. Расширенное либретто (long synopsis — длинный синопсис, тритмент).
3. Авторский сценарий (в американской системе, где по тритменту разрабатывается сразу постановочный сценарий, авторский сценарий отсутствует).
4. Постановочный сценарий (screen play, continuity, drehbuch), называемый также режиссерским сценарием там, где он разрабатывается режиссером по авторскому сценарию или по авторскому расширенному либретто.
Какую же функцию несет каждый из этих документов и какие художественные и производственные требования могут быть предъявлены к каждому из них?
1. Либретто (краткое либретто, синопсис, экспозэ) представляет собою краткое, в очень сжатой схеме, изложе-
[*Sупорsis (греческ.) в точности соответствует латинскому термину conspectus — конспект, и буквально значит обзор, сжатое изложение.
**Expose (франц.) также означает сжатое изложение.
ние будущего сценария (основной конфликт, примерный круг событий от завязки до развязки, общее представление о системе главных действующих лиц). В такой форме пишется автором первая заявка на сценарий, деловая, конкретная заявка (в отличие от заявок с абстрактными формулировками авторского замысла).
Короткий американский синопсис занимает обычно от одной до трех страниц на машинке (иногда больше — до половины печатного листа). Он «не техничен» (т.е. лишен элементов сценарной техники, кадровки, технических ремарок) и пишется «вольным стилем» в манере разговора-рассказа.
2. Расширенное либретто (длинный синопсис, тритмент) развилось из краткого либретто путем все большего его приближения к возможно полному и детальному описанию будущего фильма.
Американский тритмент занимает промежуточное место между экспозэ (кратким либретто) и постановочным сценарием.
В практике нашего кинопроизводства существуют либретто (краткое изложение сюжета будущего сценария) и «расширенное либретто», содержащие в себе от 1,5 печатных листов и больше. У нас, однако, не привилась широко практика «расширенного либретто» в той форме и производственном значении, которые характеризуют американский тритмент.
Функцию американского «расширенного либретто», т.е. тритмента, у нас выполняет не «расширенное либретто», а авторский сценарий. Наше же расширенное либретто в том виде, в каком оно обычно пишется, бывает лишней и ненужной стадией работы над сценарием, так как оно чаще всего представляет собою более многословный пересказ краткого либретто или обрастание последнего новым материалом, количественное его разбухание без перехода в новое качество точной драматургической конструкции, т-е. оно является еще сугубо черновым сценарным «полуфабрикатом».
Впрочем, и наши кинодраматурги иногда очень ответственно и успешно применяют форму «расширенного либретто» взамен авторского сценария. Примером этого может служить поэма-тонфильм Всеволода Вишневского «Мы из Кронштадта» («Искусство», 1936, с. 35-71), с которой рекомендуем ознакомиться как с прекрасным образцом литературной записи кинопьесы в форме расширенного либретто.
Таким образом, расширенное либретто (тритмент) является литературной формой кинодраматургического произведения. Поэтому в Америке именно написание тритмента считается по преимуществу творческой работой. Тритмент превращается сразу в постановочный сценарий, работа над которым, в представлении американцев, носит по преимуществу технический характер (раскадровка, оснащение раскадрованного текста техническими ремарками). Можно согласиться с таким пониманием тритмента и нашему расширенному либретто пожелать такой же четкой и конкретной кинодраматургической формы. Нельзя согласиться только с тем, что превращение тритмента в постановочный сценарий — работа чисто техническая. В постановочном сценарии завершается работа над формой произведения, уточняется разбивка и движение действия, разрабатываются детали. Нельзя забывать, что обычно в тритменте диалог еще до конца не сделан и в окончательной форме разрабатывается только для постановочного сценария.
3. Литературный, или так называемый авторский, сценарий выполняет ту же функцию, как и профессионально написанное расширенное либретто (тритмент). На его основе создается постановочный сценарий. Он представляет собою (как и расширенное либретто) полное изложение содержания будущего фильма в завершенной драматургической композиции, только без окончательной кинотехнической разработки (без технических ремарок и с недоработанной до последних деталей монтажной формой). Однако в отличие от расширенного либретто, в котором монтаж должен только «ощущаться», литературный сценарий стремится уже к наглядной форме сценария, к более или менее точному монтажу текста, разделению его на кадры, с нумерацией их
/ выше отрывок из сценария Луи Деллюка «Лихорадка») или с выделением их красной строкой. С техническими ремарками в литературном сценарии дело обстоит так же, как в расширенном либретто: они применяются там, где создают специальный художественный эффект, где без них не ясен изобразительный замысел кинодраматурга, однако они могут и совершенно отсутствовать. Уже расширенное либретто стремится к полноте и конкретности кинодраматургической формы (ср. выше высказывания Брадлея об идеальном синопсисе, который совершенно механически может быть превращен в форму постановочного сценария), литературный сценарий еще более приближается к постановочному сценарию; его идеальной формой, очевидно (поскольку он раскадрован), является профессионально грамотная кадровка сценария с тем, чтобы при превращении в постановочный сценарий оставалось только уточнить его монтаж-кадровку (применительно к декорации, режиссерской трактовке тех или иных мизансцен, техническим приемам съемки и т.д.) и снабдить его всеми необходимыми техническими ремарками.
Если расширенное либретто (тритмент) возникло путем «расширения» краткого либретто до полного описания будущего фильма, то литературный сценарий появился в результате упрощения формы постановочного сценария, освобождения его от технических ремарок, облегчения его монтажной формы от чисто технической Деталировки и, наконец, широко распространенного отказа от нумерации кадров.
Писание авторами постановочных сценариев имеет смысл только в том случае, если они действительно хорошо знают технологию постановки фильма и придают своим сценариям настоящую профессиональную форму. Может быть, первоначально, когда авторы легко справлялись с постановочным сценарием и когда режиссер снижал прямо по авторскому постановочному сценарию, Детальная техническая разработка сценария автором име-Ла практическое значение и, действительно, свидетель-твовала о хорошем опыте и знаниях автора в области кинотехники и кинопроизводства. Но впоследствии, когда постановочная техника очень усложнилась, когда она стала менее доступна авторам-новичкам и даже старые авторы стали от нее отставать, когда стала правилом последующая переработка авторского сценария в постановочный сценарий самим ли режиссером или другими опытными в этом деле специалистами, тогда техническая ремарка в авторском сценарии перестала быть точной и обязательной для режиссера и применение ее в прежних размерах потеряло всякий смысл. Зачем, в самом деле, было автору писать, что такой-то момент снимается средним планом в 1/2 фигуры, если составитель постановочного сценария потом находил, что гораздо лучше будет снять его, положим, средним планом в 3/4 фигуры. Или зачем автору нужно было предлагать переход из какого-либо кадра в следующий кадр через двойное движение диафрагмы, если затем при разработке постановочного сценария этот прием заменялся другим приемом. В результате возникло сомнение в необходимости технических ремарок в авторском сценарии. Они стали делом режиссера или другого специалиста при разработке постановочного сценария.
Отказ от технических ремарок, отказ от нумерации кадров не только при опубликовании сценария в печати, но и при представлении его на фабрику, — все это проявление тенденции к освобождению авторского сценария (кинопьесы) от загромождающих его внешних элементов кинотехнологической кухни, от мелочей технической регламентации последующего постановочного процесса.
Но можно ли при таких условиях продолжать говорить об авторском сценарии как сценарии, предназначенном к постановке? Конечно, можно. Отсутствие нумерации кадров не отражается на качестве кадровки-монтажа и не превращает кадрованного сценария в некадрован-ный. Больше того, настоящая кинематографическая кад-ровка-монтаж (последовательность включения материала, его движение) может быть скрыта в сплошном тексте с обычным делением его на абзацы.
Это вполне возможно, хотя и представляет значительные неудобства при оценке кинопьесы с производственной точки зрения. Далее, технические ремарки, если смотреть на них не как на изложенные на бумаге рецепты, а как на проявление конструктивной мысли автора, существуют в скрытом виде и в лишенном этих ремарок авторском тексте. Если автор пишет «вдали показался человек», то ясно, что он мыслит появление этого человека на дальнем плане. Если автор пишет «записка сообщала: можете не приходить, я вас не хочу видеть», то автор мыслит, что текст записки будет показан на экране «врезкой», и т.д.
Иными словами, технология кинопьесы — дело гораздо более сложное, чем нумерация кадров и технические ремарки. Технику кинодраматургии не следует смешивать и отождествлять с техникой постановки и съемки кинокартин и принимать за существенные признаки кинопьесы то, что может в ней отсутствовать. Техника кинодраматургии — не в технических ремарках и не во внешней технике кадровки, а, прежде всего, в искусстве сконстру-ирования подходящего для кино сюжета и развертывания его, исходя, с одной стороны, из общих принципов сюжетосложения и ведения действия (драматургии), а с другой — из выразительных средств в кино и свойственных ему композиционных приемов.
Как было уже сказано, и расширенное либретто, и авторский сценарий выполняют одну и ту же функцию — создание кинодраматургического произведения в литературной форме.
Из этих двух форм писания для экрана следует рекомендовать авторам форму литературного сценария. Техника последнего (монтаж-кадровка) организует воображение и мысль автора в нужном направлении (на экран, на кинофильм) и приближает его к заветной цели — писать свои произведения для кино в форме, близкой к законченному постановочному сценарию, в форме, наиболее обеспечивающей для автора соответствие будущего фильма его художественным замыслам.
В Америке не принята форма нашего литературного сценария, а если она там и существует, то в виде поста овочного сценария, освобожденного от технических ремарок (при опубликовании постановочного сценария для чтения), или в виде «чернового сценария», «черновика постановочного сценария», как первой стадии превращения тритмента в постановочный сценарий. Наш литературный сценарий американские авторы помещают в ряд «длинных синопсисов» (original adaptation, treatment).
Соответствуя по своему содержанию и общей массе текста хорошо написанному расширенному либретто и отличаясь от последнего более дробным расчленением текста на абзацы (кадры) с пропуском лишней строки между последними, литературный сценарий обычно содержит от 60 до 90 страниц на машинке (400-500 кадров).
При отсутствии большого разговорного текста или при неразработанном диалоге литературный сценарий может уложиться и в меньшее количество страниц.
Наличие в литературном сценарии более 90-100 страниц в большинстве случаев свидетельствует о перегрузке сценария материалом.
4. Постановочный сценарий (continuity или shouting script* — съемочный сценарий, drehbuch) есть кинопьеса, изложенная в форме точного постановочного плана.
В брошюре-справочнике Джекобса он охарактеризован таким образом:
«Съемочный сценарий. Часто называется «континью-ти». Все сказанное о тритменте относится и к нему, но с добавлением специфической формы. Вся зрительно-изобразительная часть и весь диалог изложены и пронумерованы по «планам» и кускам диалога (т. е. по кадрам). В высшей степени техничен. Может писаться только специалистом, работающим в студии (т.е. на кинофабрике). Монтаж (кадровка) имеет для него первостепенное значение. Содержит от 120 до 150 страниц».
‘Америк. — script (сокращенно от manuscript); не-мецк. — Manuscript, или Filmmanuscript; франц. — manuscript. Манускрипт — рукопись, термин, часто употребляющийся в кинопроизводстве Америки и Европы вместо термина «сценарий». Обычно этот термин служит для обозначения постановочного сценария (continuity, Drehbuch).
Как же в нормальных условиях происходит превращение расширенного либретто или литературного сценария в постановочный сценарий?
Прежде всего, авторское изложение действия переводится в точную кадрованную форму (расширенное либретто кадруется впервые, кадровка литературного сценария проверяется, уточняется и дополняется) и кадры нумеруются. При этом, если в авторском тексте недостаточно конкретно и полно, с точки зрения постановочных требований, описан тот или другой момент действия, составляющий содержание отдельного плана или монтажного куска в постановочном сценарии, это описание (обстановка действия, мизансцены, поведение действующих лиц) должно даваться более точно и развернуто. При раскадровке указывается место действия (декорация или натура), способ съемки и перехода из кадра в кадр (план, ракурс, панорама, съемка с движения, наплыв, затемнение, диафрагма и т.д.), сопровождающее кадр звучание (речь в кадре или за кадром, звук, шум или музыка). Наконец, очень существенно для точного расчета длины всего фильма и длины отдельных слагающих его частей указание предполагаемого метража каждого отдельного кадра. Эта длительность кадра обычно выражается: а) в метрах или оборотах ручек съемочного аппарата (для оператора, следящего за метражом по специальному автоматическому счетчику, которым снабжен съемочный аппарат) и б) в секундах (для режиссера, контролирующего длительность снимаемого куска действия по секундомеру). В специальных примечаниях к отдельным сценам или кадрам могут быть зафиксированы мысли постановщика относительно их трактовки, специальных художественных эффектов или технических приемов и т.п. Одним словом, авторское произведение превращается в точный и подробный план постановки фильма, план, в котором каждый из членов постановочного коллектива (режиссер, актер, художник, оператор, осветитель, лаборант, монтажер и т.д.) должен найти полное и точное определение художественных и технических за-Дач, возлагаемых на него по данной постановке.
Легче всего постигнуть разницу между авторским и постановочным сценарием путем их сопоставления. Ниже приводится первая часть авторского сценария А. Чапыгина и И. Правова «Степан Разин» и режиссерская разработка той же части, сделанная режиссером И. Правовым (киностудия «Мосфильм», 1937). При сопоставлении этих сценарных фрагментов следует обратить внимание, помимо внешней технологии постановочного сценария (форма ведомости с графами, в которых указываются декорации, планы, звук, метраж), на некоторые несовпадения в числе, последовательности и тексте кадров. Эти несовпадения незначительны и несущественны. Они объясняются тем, что в постановочном сценарии потребовалось уточнить число, содержание и последовательность кадров, добавить необходимые детали. Наиболее значительное отступление от авторского сценария — это переход от Москвы к Черкасску. В авторском сценарии: «. Перелесками, горами, по степи мчится Степан, бежит по бокам его и сзади степь», — и т.д. (кадры 73-78). В постановочном сценарии: «. Мчится, удаляясь от Москвы (Степан), и т.д., и встают из тумана очертания других, не московских стен и башен», — и т.д. (кадры 76-77). Постановщик нашел или предпочел другой, более экономный и, с его точки зрения, более выразительный способ перехода в другое место действия со скачком во времени. Это вполне правомерный для постановщика корректив авторского сценария, который не затрагивает существенно сюжетной структуры сценария, но улучшает его композицию, экономит время и средства (в художественном и хозяйственном смысле), усиливает темп действия.
Сначала приведем авторский сценарий:
\. Москва. Свечерело. Темные, грязные улицы. Ползет туман. Стрелецкая застава. Слышатся далекие удары часов Спасской башни.
2. «Ночью ходить с фонарем и подорожной грамотой. Кто без фонаря — ловить, отводить в земской приказ»
3. У поперечного бревна, колоды, стрельцы.
4. По выстланным и осклизлым струганным бревнам идет казак. Скользя и спотыкаясь, ругается:
5. Идет дальше и дальше.
6. Натыкается на заставу.
7. Сверкает в темноте пистолет:
— Я ВАШИХ ПОРЯДКОВ МОСКОВИЦКИХ НЕ ВЕДАЮ, ВОТ ДЫРЬЕ В БАШКЕ УМЕЮ СВЕРЛИТЬ.
8. Сторож отшатывается. Казак, согнув широкую спину, пролез под колоду, выпрямился и пошел дальше.
9. Напуганный пистолетом, сторож, опомнившись, кричит:
— УЙ, ЧЕРТ, ЧТОБ ТЕБЕ РЕБРА СЛОМИТЬ!
— ТЫ ПОШТО ПРОПУСТИЛ? Первый отвечает:
— ВИШЬ, ВОРОВСКОЙ КАЗАК С ПИСТОЛЕМ И САБЛЕЙ.
11. Возмущенно развел руками подошедший:
— ОЙ, ТЫ СГОВОРИЛСЯ БЫ, КОГО ЕЖЕЛИ ОГРАБИТЬ, ЧТОБЫ ДОЛЯ НАМ.
12. Посреди обширной площади, мимо гудящего кабака, идет казак.
13. И натыкается на новый патруль.
14. Из темноты появляется другой, третий. Снова сверкает сабля.
15. И один за другим валятся стрельцы.
16. Следом за ними, обнажая саблю, набрасывается на казака стрелецкий сотник.
17. Звенят и скрежещут сабли. Сверкает в темноте сталь.
18. И, выбитая могучей рукой казака, со звоном вылетает из рук стрелецкого сотника сабля.
19. Казак хватает сотника за кафтан.
— УКАЖИ ДОРОГУ В РАЗБОЙНЫЙ ПРИКАЗ!
20. Сотник смотрит пораженный и, вместо прямого ответа, говорит восхищенно:
— ЧЕРТ, А НЕ СТАНИШНИК! ЛОВОК РУБИТЬСЯ.
21. И, засмеявшись, добавил:
— ДОБРОМ САТАНЕ В КОГТИ ЛЕЗЕШЬ? ПОЙДЕМ К КИВРИНУ, ОН ТЯ ПРИПЕКЕТ.
22. Фролова башня в кремлевской стене. От нее трехсаженный переход к пыточной. Между башнями — мост на железных проволочных тяжах. Тускло освещен вход, слабо пробивается сквозь слюдяные окна свет. У опущенного моста сверкают бердыши стражи.
23. Стража. Сумрачные, сонные стрельцы. Один, опираясь на бердыш, говорит другому:
24. Зевает другой. И вдруг, вглядываясь по ту сторону моста, кричит:
25. У опущенного моста, на краю рва, наполненного водой, стоит казак и, подняв руку, отвечает:
— ДОВЕСТИ «СЛОВО И ДЕЛО» БОЯРИНУ КИВРИНУ
26. Сонные стрельцы оживляются. Все тот же стрелец, перед тем как поднять мост, ругается:
— ЕСТЬ ЖЕ ЛЮДИ, КОМУ СВОЯ ГОЛОВА НАСКУЧИЛА.
27. Казак все так же упорно:
— СКАЖУ «СЛОВО И ДЕЛО» ГОСУДАРЕВЫ.
28. С лязгом и шумом поднимается мост. Казак идет.
29. Два стрельца, идя по бокам, ведут его по лестнице в башню.
30. На стенах помещения, перед пыточной башней, горят факелы.
Стрельцы вводят казака и останавливаются.
— ЖДИ, ПОСПЕЕШЬ ЖАРЕНЫМ БЫТЬ.
31. На стене приказ: «Татей и разбойников пытать во все дни, не разбирая праздников».
32. Один стрелец уходит, другой становится у двери, сквозь большие щели которой пробивается свет.
33. Казак прислушивается, слышны голоса.
34. Слушает казак, слышит мертвый голос боярина Кив-рина:
35. Прерывающийся голос ответил:
36. Услыхав этот голос, вскочил со своего места казак, прильнул к щели и видит.
38. И так же мертво спрашивает Киврин:
— ПИШИТЕ, ДЬЯКИ. СНОСИЛСЯ ЛИ ТЫ, ВОР ИВАН РАЗЯ, СО ПСКОВСКИМИ СТРЕЛЬЦАМИ, КОИ БИЛИ ШВЕДСКИХ ПОСЛОВ И ХЛЕБ ГОСУДАРЕВ ЗАКУПНОЙ У НИХ ОТНЯЛИ?
39. И тем же прерывающимся голосом, но твердо отвечает казак:
— ПОШЕЛ БЫ С ТЕМИ, КТО ВСТАЛ ЗА ГОЛОДНЫЙ НАРОД, НА ТЕХ, КТО СИДИТ НА РУСИ ХУДЧЕ ЗЛЫХ ТАТАР, НА ПОМЕЩИКОВ ПОШЕЛ БЫ, БОЯР, КТО ПРОДАЕТ МУЖИКА ЗА СОБАКИ МЕСТО.
42. Последние слова казака приводят в ярость боярина. Он вскакивает и вопит:
— ПАЛАЧ, КАЛИ ЩИПЦЫ, ЛОМАЙ РЕБРА ВОРУ!
43. С наружной стороны пыточной прильнул к двери пришедший казак. За дверью тяжелый стон и хрипящий крик:
44. Казак у дверей хватается за дверь, стрелец бросается к нему.
45. Казак молча ударяет его рукояткой пистолета. Стрелец беззвучно падает.
46. Казак хватается за дверь. Она заперта. Он рвет ее и кричит:
— ИВАН, БЛИЗКО Я, ТУТ Я, ИВАН!
47. Пораженный, вскакивает Киврин.
49. Пытаемый, услыхав голос, отвечает:
— СТЕНЬКО, БРАТ, У ГРОБА СТОЮ!
50. Помощник Киврина бросается к двери, дверь открывается. Снова сверкает сабля в руках Степана. Пораженный ею, падает помощник.
51. Метнулся Киврин. Но Степан настигает его. Сабля его скользит по шапке Киврина. Киврин падает. Прячутся под стол дьяки.
53. Степан бросается к висящему на дыбе брату, перерубает ремни, тело Ивана валится ему на руки.
54. Степан держит на руках брата. Иван смотрит на него.
55. Коснеющим языком, умирая, хрипло шепчет:
— УМИРАЮ, СТЕНЬКО, УПОМНИ МЕНЯ.
56. Степан смотрит на брата. Иван умирает. Степан опускает тело на пол, становится около него на колени. Снимает шапку, долго молчит, потом говорит:
— ЖИВ БУДУ, ТРИЖДЫ КРОВЬ ТВОЯ ОТОЛЬЕТСЯ БОЯРАМ.
57. Киврин под столом тихонько ползет к двери.
58. Стоит у тела брата Степан. За дверью вдруг раздается дикий, свистящий вопль Киврина:
— СТРЕЛЬЦЫ, СТРАЖА, РАТУЙТЕ.
59. Степан вскакивает, бросается к двери.
62. Предрассветная улица Москвы, по ней быстро бежит Степан.
63. Набатная башня, на ней ударяют в набат.
64. Мечутся тени конных и пеших стрельцов. У Фроловой башни гудит набат.
65. У пыточной, как зверь, мечется Киврин, грозит:
— ХОТЬ В ЗЕМЛЮ ЗАРОЙСЯ, СЫЩУ ВОРА!
66. Улицы Москвы. Они заполняются конными и пешими стрельцами.
67. Улица Москвы. Бежит Степан. Ближе и ближе топот и выстрелы.
68. Останавливают стрельцы на улицах случайных прохожих.
69. На окраине Москвы садится на коня Степан. Слышен далекий набат. Близки выстрелы и крики.
70. Рыщет по улицам стража.
71. Быстро удаляясь, мчится на коне Степан. Останавливает на мгновенье коня, повертывается к Москве и, подняв саблю, машет:
— ВСПОМНИТЕ МОИ ДЕЛА, КЛЯТЫЕ БОЯРЕ!
72. И снова мчится дальше и дальше.
75. По степи мчится Степан.
76. Бежит по бокам его и сзади степь.
77. Усталый и запыленный, снимает шапку, ветер раздувает его волосы. Он полной грудью вдыхает степной воздух, всматривается вперед, и на усталом лице мерцает слабая улыбка радости.
78. Впереди широкая, тихая река Дон с силуэтами башен Черкасска. Не сбавляя хода коня, Степан врезается в воду.
84. Навстречу ему, отрываясь от зыбки с ребенком, бросается жена, Алена, стремительно обнимает его.
— СТЕНЬКО, ГОЛУБЬ МОЙ.
87. Степан смотрит на Алену, тянется, чтобы поцеловать, но вдруг закрывает глаза и, бросая в сторону шапку, говорит:
89. Алена бросается к ногам его, хочет снять сапоги.
90. Степан подымает усталое лицо и, борясь со сном спрашивает:
— ИВАШКО ЧЕРНОЯРЕЦ ПРИШЕЛ ЛИ С МОРЯ?
91. Алена хотела ответить, но какая-то пугающая мысль останавливает ее, и она, подходя, спрашивает тревожно:
— ПОШТО ТЕБЕ ЧЕРНОЯРЕЦ?
93. Алена, не отвечая, смотрит на него, потом в ужасе оглядывается кругом, как бы ища поддержки и помощи. Наклоняется снова к лицу мужа и растерянно шепчет:
— ПРИШЕЛ БУДТО ВО СНЕ И, КАК СОН, УЙТИ ХОЧЕШЬ.
94. Поднимается снова, долго стоит с неподвижным, полным муки лицом, бросается к колыбели с ребенком, хватает его оттуда.
— ВЗГЛЯНИ ХОТЬ, КАКОЙ У НАС СЫНОЧЕК, СТЕНЬКО. ПОБУДЬ С НАМИ. ХОТЬ НЕДОЛГО. СОВСЕМ НЕДОЛГО ПОБУДЬ.
96. Обнимает мальчика, показывая ему на Степана:
— НУ ЖЕ, СЫНКУ, ПРОСИ БАТЬКА ПОЖИТЬ С НАМИ.
В режиссерской разработке этот сценарный кусок принял такой вид (см. таблицу на с. 62).
Форма постановочного звукового сценария, при наличии общих основных элементов, варьируется в различных киностудиях в отдельных частностях. Вот какая форма была принята, например, на 1-й Комсомольской фабрике в Одессе:
2) место съемки (натура, декорация);
3) способы съемки (указания для оператора);
4) содержание кадра (зрительное изображение) и внутрикадровые реплики;
5) метраж (каждого кадра);
6) закадрованные реплики (т.е. реплики, которые произносятся за кадром лицами, в кадре не присутствующими);
7) звук с подграфами: а) игровые шумы; б) фоновые шумы; в) музыка.
Примером более простой записи режиссерского сценария без разнесения его или до разнесения его по отдельным графам может служить опубликованный сценарий «Мы из Кронштадта» Вс. Вишневского.
В практике современных больших американских киностудий постановочные сценарии пишутся если не самими авторами тритментов (что бывает далеко не всегда вследствие трудности такой работы), то специалистами, находящимися в ведении специальных сценарных департаментов (отделов), там, где они существуют.
В практике советского кинопроизводства до последнего времени составление постановочного сценария, на основании авторского сценария, считалось функцией режиссера. Поэтому постановочный сценарий чаще у нас называется режиссерским сценарием.
Либретто (синопсис, экспозэ), расширенное либретто (тритмент) или литературный сценарий и постановочный сценарий представляют собою различные стадии становления кинодраматургического произведения.
Основным и решающим моментом в этом становлении является изложение полного содержания кинопьесы в развернутой драматургической композиции. Это
п° преимуществу функция кинодраматурга, осуществляющего в°ю задачу в литературной форме профессионально написан ого либретто (тритмента) или авторского (литературного)
Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет
