Новости Культура
06.09.2018
Новости , Кратко , Популярное
Архив
Компромисс с совестью: почему наша жизнь ничего не стоит в глазах других
Политическая обстановка в России вновь обостряется и по цепной реакции влечет за собой изменения в обществе. Такие пертурбации касаются совершенно разных сфер жизни, и при этом влияют на мировоззрение и поведение людей в обычной жизни. Искусство, в особенности театральное и кинематографическое, крайне редко остается «за пределами» политики. Ярко-выраженная общественная позиция или даже политическая ангажированность того или иного деятеля искусства, ограничивает возможности «чистого» восприятия его творения.
Такие мысли напрашиваются после знакомства с вышедшим сегодня в прокат фильмом «История одного назначения» режиссера Авдотьи Смирновой, супруги одного из главных идеологов российских экономических реформ 1990-х годов, главы «Роснано» Анатолия Чубайса и внучки знаменитого советского писателя Сергея Смирнова. Значительную часть средств для съемок картины выделил российский олигарх Роман Абрамович. Несмотря на то, что это упоминание об авторстве и спонсорах может вызвать опасения в излишней политичности фильма, в действительности эта картина является очень мягким напоминанием о вечных ценностях и возвращает нас к важному вопросу о том, сколько на самом деле стоит человеческая жизнь.
Выпуск кинодрамы приурочен к 190-летию великого русского писателя Льва Толстого и описывает реальную, но малоизвестную историю 1866 года: военный писарь Василий Шабунин был приговорён военным полевым судом к расстрелу за пощечину командиру. При этом сам писатель не только был непосредственным участником разбирательства, но и в суде выступил в качестве адвоката.
«Мне хотелось, чтобы молодой русский зритель перестал воспринимать 19-й век, как неолит. Передать, что 19 век совсем рядом, что это те же мы, только они были лучше образованы и у них значительно лучше манеры», – сказала режиссер Авдотья Смирнова, выступая накануне на пресс-конференции в Москве.
Стоит отметить, что с задумкой справиться удалось – речь главных героев не звучит напыщенно и высокопарно. Кроме того, задуманного эффекта удалось добиться с помощью современного музыкального сопровождения – автором музыки к картине выступил популярный рэп-исполнитель Баста.
Но настоящим вызовом со стороны режиссера и сценаристов – литературоведа Павла Басинского и Анны Пармас, которая известна современному зрителю как режиссер последних клипов группировки «Ленинград», в том числе нашумевшего «Экспоната» – стала первая попытка возродить на экране великого русского классика в его более молодые годы.
«Сам сценарий сочинялся трудно. Написать слова, которые произносит Лев Николаевич Толстой – это задача наглая, амбициозная и трудновыполнимая», – признала Смирнова.
Однако, стоит отметить, что эта задача была выполнена достаточно аккуратно. Граф в исполнении Евгения Харитонова, который уже успел сняться в сериале «След» и фильме «Брестская крепость», выглядел мудрым и выдержанным, но живым и эмоциональным человеком, находящимся на финальной стадии формирования личности.
У Смирновой получилось создать по-настоящему толстовское произведение. Действие развивается спокойно, без «экшена». Большое внимание уделено раскрытию персонажей, диалектике их души. При этом режиссер поднимает очень актуальные вопросы и для современного общества. Как пояснила Смирнова, она решила экранизировать этот эпизод из жизни писателя, потому что он показывает, что и сто лет назад «это все та же Россия и мы сейчас точно такие же».
«Вот есть такая проблема, что все по отдельности хорошие люди, у каждого есть своя мотивация и она вполне себе человеческая. В ней нет ничего бесчеловечного, а вместе получается несоразмерная жестокость. Мы затрагиваем тему закона и справедливости, справедливости и милосердия. Проблема выбора, жестокости закона, мощь против маленького человека», – сказала Смирнова.
Исторический консультант Джон Шемякин со своей стороны подчеркнул, что эта история сильно повлияла на самого Толстого, хотя он не часто упоминал о ней.
«Начиная с 1866 года, Толстой начинает последовательно отбирать у своего читателя любые компромиссы с повседневностью, любую возможность человека договориться с окружающим миром. С этого момента мы видим следующую схему: есть среда, из среды возникает беда, с бедой надо-то то делать, законные способы ликвидации этой среды не возможны и может помочь только чудо. Никакие легальные нормальные методы в стране, по мнению Льва Николаевича Толстого не срабатывают», – сказал Шемякин.
В интервью РИА «Новый День» консультант пояснил, что герои произведений Толстого – ровно, как и главные действующие лица истории о писаре Шабунине, не «совершают ничего выходящего за пределы». «Каждый продолжает жить, как и жил. Но Лев Толстой показывал, что нет – это невозможно. Прежним уже не будет никто», – отметил он.
Здесь явно чувствуется аллегория с рассказом писателя «После бала», опубликованном в 1903 году, где он размышляет, почему человек не может самостоятельно понять, что хорошо, а что дурно, если «случай» не откроет ему правду.
В результате работы Смирновой мы получили картину, которая не только заставляет задуматься о том, что, если «злу» есть оправдание, оно не прекращает быть злом. Сегодня суете повседневности, среди постоянных сообщениях о гибели людей в результате аварий и терактов, о жестокости, которая наполняет все телеэфиры, жизнь одного человека стала казаться особенно ничтожной.
В заключении, возвращаясь к теме возможной политизированности этого фильма стоит процитировать слова самого режиссера. Смирнова отметила, что все параллели с Олегом Сенцовыми или режиссером Кириллом Серебренниковым, которые сразу же привела либеральная общественность после предпоказов фильма, на самом деле являются только совпадениями.
«Этот сценарий задумывался в 2015 году. Тогда ни дела «7 студии», ни дела Сенцова еще не было. Это актуальность, которая догнала картину. Я не испытываю радости, по поводу того, что реальность делает картину такой сегодняшней. Это напрашивающиеся сравнения. Но любой человек, который знаком с кинопроизводством понимает, что это было невозможно – кино делается долго», – подчеркнула Смирнова.
Москва, Мария Вяткина
Москва. Другие новости 06.09.18
Установлена причина смерти солистки The Cranberries Долорес О’Риордан. / Детский писатель обвинил издательства и киностудии в воровстве на государственном уровне. / Названа причина эмиграции певицы Юлии Самойловой. Читать дальше
Возможен ли компромисс с совестью? (Итоговое сочинение (декабрьское))
Мой выбор не случайно упал на эту тему. Проблема компромисса с совестью интересует меня не только как читателя, но и как человека, живущего интересами своего времени, своего поколения. Проблема эта вечная, как вечны понятия добра и зла, верности и предательства.
Многие писатели уделяют внимание изображению разных проявлений характера человека, в том числе и различным формам компромисса с совестью.
Понятие совести присуще высоконравственному человеку, живущему по законам чести, способному любить и ценить своих близких. Именно таким и является Пётр Гринёв – герой романа А.С. Пушкина « Капитанская дочка». Мы не можем упрекнуть его в бесчестных поступках, но, тем не менее, однажды он, спасая Машу Миронову, обратился за помощью к мятежнику Емельяну Пугачёву, хотя для Петра, присягнувшего императрице, он был разбойником, врагом.
Но разве мы можем за это назвать его бесчестным, ведь он спасает жизнь человека, оказавшегося в плену у предателя Швабрина.
Значит, компромисс с совестью возможен, если речь идёт о спасении других людей.
Но в романе есть антипод Петра Гринёва – Алексей Швабрин, не раз, совершавший бесчестные поступки.
Примером может послужить то. Что Швабрин оклеветал невинную Машу Миронову перед Петром ради мести девушке, ведь когда-то она отказала ему в сватовстве. Это низко и аморально.
Бесчестие Швабрин проявил и тогда, когда присягал Пугачёву, нарушив клятву на верность, данную прежде императрице, спасая собственную жизнь.
Как видим, Швабрин тоже идёт на компромисс с совестью, но ради чего? Чем руководствуется этот человек, совершая безнравственные поступки? Швабрин следует эгоистичному желанию завладеть Машей Мироновой вопреки её воле. Он попирает честь офицера ради спасения собственной жизни и не гнушается предательством своих бывших соратников по оружию.
Поступки Швабрина несовместимы с понятием человека честного, высоконравственного и порядочного.
Итак, возможен ли компромисс с совестью? И в каких случаях?
Безусловно, он возможен, но только в том случае, если человек действует не ради себя, не спасая лишь себя любимого, а не тешит свой эгоизм, а помогает людям, жертвуя собой, своими принципами ради спасения других людей.
Внимание!
Если Вы заметили ошибку или опечатку, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter.
Тем самым окажете неоценимую пользу проекту и другим читателям.
Что такое компромисс с совестью
К чему может привести компромисс с совестью, рассказывает архимандрит Маркелл (Павук), духовник Киевских духовных школ.
– Что значит предать Христа?
– Предать Христа — это значит сделать выбор не в пользу Его, а в пользу тленных вещей этого мира. Из Евангелия мы знаем, что Иуда был болен страстью сребролюбия, при том, что тесно общался со Христом, видел все Его благодеяния и чудеса. Несмотря на то, что Искариот постоянно питался божественными энергиями, любовь к серебру над ним возобладала. Он попался на крючок, с помощью которого его очень крепко держал в своих руках сатана и откуда он так и не смог сорваться.
– Почему?
– Потому что он с этой страстью никак не боролся, даже служа Христу. Он носил ящик для сбора пожертвований и, по преданию, воровал оттуда деньги. Поэтому в минуту испытания, когда стоял вопрос или-или, Иуда, совершая до этого «маленькие» преступления, был готов и на большое злодеяние — предательство Самого Господа. Вот так от «маленьких» предательств человек в результате приходит к предательству Бога — отрекается от Него.
– С чего начинается предательство, что является предпосылкой к нему?
– Встал рано утром и поленился помолиться, почитать Евангелие, сделать по обыкновению что-то для родных и близких, по долгу службы. Это уже и есть маленькое предательство. Оно кажется мелочью, но со временем эти мелочи накапливаются, и если человек не борется с собой, то случается эффект пыли: когда её много, мы начинаем задыхаться. И когда перед человеком встает серьезный вопрос выбора, он оказывается способным на предательство.
Но если вы ежедневно работаете над собой, не ленитесь молиться, чтобы постоянно пребывать с Господом, стараетесь каяться в мелких согрешениях, то у вас появляется духовный стержень, своеобразный иммунитет против предательства.
– Бывает, что люди, достигшие высот в духовной жизни, занимающие высокое иерархическое положение, тоже решаются на предательство. Почему так случается?
– Чем выше человек находится на иерархической лестнице, тем больше искушений?
– Да. Простого рабочего может иногда потянуть на выпивку, нецензурно выразиться, поругаться с женой, украсть на работе, что плохо лежит. Это его повседневные основные грехи. А когда человек занимает высокое положение и в его подчинении множество людей, то на него часто оказывается очень сильное давление и снизу и сверху. Если человек не имеет той духовной прививки, о которой речь шла выше, то он не может устоять. Вот и случаются срывы, падения, предательства.
– Предательство может быть прощено?
– У нас есть пример нераскаявшегося Иуды и пример апостола Петра, который трижды отрекся от Христа, но покаялся. Он всю жизнь оплакивал происшедшее, и Господь его простил, восстановил в апостольском чине. А Иуда сказал: «Я согрешил, предал кровь невинную», но найти в себе силы, чтобы дальше жить, припасть ко Христу, попросить у Него прощения, не смог. Пожалуй, в этом сильно мешала страсть сребролюбия, которая глубоко укоренилась в нем. Апостолу Петру было намного легче покаяться: он не был падок к этой страсти. Он, в отличие от Иуды, отличался ревностностью о вере и предал Христа лишь из-за своей горячности и несколько неуравновешенного характера.
– Некоторые предают из-за малодушия, боятся выглядеть в глазах людей как-то не так, когда трудно сказать правду…
– Малодушие действительно связано со страхом. Человек боится потерять свое положение, материальные блага, опасается, что на него кто-то не так посмотрит. По этой причине он угождает людям, но забывает о Боге. Он выбирает несоизмеримое — идет на компромисс со своей совестью. Может, совесть ему и подсказывает, что так нельзя, но он выбирает худшее вместо лучшего.
– А почему люди так зависят от мнения окружающих?
– Из-за чего люди бывают неустойчивы в вере?
– Из-за обрядоверия. Зачастую люди держатся лишь за форму благочестия. Святитель Феофан Затворник сравнивает таких христиан с часами: «И часы хорошие идут исправно; но кто скажет, что в них есть жизнь?» На первый взгляд, люди делают все правильно, но настоящего горения благодати в их сердцах нет.
В этом вся беда. Преподобный Симеон Новый Богослов еще в XI веке говорил, что человек, который не ощутил действия благодати Божией в этой жизни, не сможет ощутить её и в будущей. Поэтому так важно всегда стремиться к стяжанию благодати.
Если нет ощущения присутствия благодати, то добропорядочное поведение (регулярные походы в храм, причастие и т. д.) — всего лишь привычка. Иногда человека прельщает еще эстетический момент. Ему, например, нравятся песнопения, древняя храмовая роспись, батюшка красиво говорит проповедь.… Но все это только внешнее восприятие Церкви, а необходим внутренний стержень…
– Или бывает, что человек под благодатью понимает то, что ею не является.
– Да, например, те, кого одолевают политические страсти, осознанно или неосознанно считают, что патриотизм — это высшее проявление благодати.
Патриотизм — это, конечно, святое дело. Никто с этим не спорит. Мы все должны любить свое Отечество, свой народ, среди которого мы выросли и живем, но нужно понимать, что подлинный патриотизм — не в лозунгах и декларациях, не в форме одежды, какой бы красивой она ни была, а в добросовестном выполнении своей работы и, в первую очередь, в теплых, искренних семейных отношениях. То есть нам нужно в первую очередь научиться по-настоящему любить своих близких, а потом мы сможем полюбить окружающих людей и т. д. Не случайно святой апостол Павел говорит: «Если же кто о своих и особенно о домашних не печется, тот отрекся от веры и хуже неверного» (1 Тим. 5:8).
Однако очень важно, чтобы выше патриотизма всегда стояла любовь к Богу. Без этой святой любви невозможна настоящая любовь к ближнему и Отечеству (вспомним «круг» преподобного аввы Дорофея). Когда нарушается иерархия ценностей, тогда начинаются большие проблемы, ибо люди вместо благодати ищут и находят псевдоблагодать.
Компромисс с совестью
Люди очень часто (на самом деле всегда) задумываются на тему смысла жизни. Все время мы, словно математики, ищем правильную формулу и ответ на вопрос «Как жить правильно?», но далеко не всегда находим.
Существует огромное количество тренингов, методик и видеокурсов про успех, которые манят людей красивыми заголовками и витиеватыми фразами. Я в разное время своей жизни слышал и читал некоторые из таких. Все они (хотя, не все) довольно-таки красноречиво доказывали мне нужду жизни «по справедливости», затрагивались и другие общечеловеческие и высокоморальные ценности. И я, даже с большинством согласен.
Почти всегда отдельной строкой стоял вопрос «О чем люди жалеют когда умирают?». Многие жалеют о неправильно потраченных деньгах, некрасиво построенном доме, неверном высшем образовании. Но большинство осознанных и неглупых людей отвечают на это: «Жалею о том, что жил(а) не своей жизнью.», вроде бы простой, но одновременно и сложный ответ.
Я уже несколько лет пытаюсь определить для себя, что же это значит «жить не своей жизнью». И совсем недавно я наконец-то понял — это значит не идти на компромисс с собственной совестью. Неважно каким благородным/правильным/необходимым кажется вам каждый конкретный поступок, потому что в итоге, в самом конце, вы останетесь не с этим поступком. А с собственной советью, которая спросит вас: «Теперь, спустя какое-то время, ответь мне стоило ли оно того?», а ты промолчишь ей в ответ, потому что итак будешь знать ответ.
Вот и думай после этого что важно на самом деле, жить «правильно» или жить в гармонии с самим собой?
Что такое компромисс с совестью
«Лишь тем историям я охотнее всего верю, свидетели которых сознательно шли на мученичество», — сказал в свое время Блез Паскаль. Эти слова вполне можно отнести к жизни и судьбе известного христианского мыслителя прошлого века Дитриха Бонхёффера, столетие со дня рождения которого отмечается в этом году.
Ранним утром 9 апреля 1945 года в концлагере Флоссенбург был оглашен смертный приговор участникам заговора против Гитлера: адмиралу Канарису, генерал-майору Остеру и пастору Бонхёфферу. «Через приоткрытую дверь камеры я увидел пастора Бонхёффера, горячо молящегося Богу на коленях, — рассказывал впоследствии о последних минутах жизни узника тюремный врач Филипп фон Хассен. — Вера и непоколебимое упование на Бога, которые чувствовались в молитве этого столь привлекательного человека, тронули меня до глубины сердца».
Дитрих Бонхёффер родился 4 февраля 1906 года в Бреслау в семье известного врача-психиатра и преподавателя университета Карла Бонхёффера. Родители и предки Дитриха принадлежали к немецкой аристократии. С ранней юности Дитрих прекрасно музицировал, знал иностранные языки. Семья любила отмечать христианские праздники, в особенности Рождество. В это время все собирались вместе, читали Библию, пели духовные песнопения.
Оканчивая гимназию, Дитрих твердо заявил учителю и одноклассникам: «Хочу заниматься богословием, чтобы быть пастором». Бонхёффер учился на богословских факультетах Тюбингена (1923) и Берлина (1924), получил диплом теолога в 1927 году. В Берлинском университете он занимался под руководством знаменитого историка Церкви Адольфа фон Гарнака. Прошел научную стажировку в Португалии, Англии, Америке, защитил докторскую диссертацию. В ноябре 1932 года становится пастором Лютеранской Церкви и начинает преподавать богословие в Берлинском университете. Пишет статьи и книги.
Однако с приходом к власти Гитлера в Евангелической Церкви Германии появились епископы и пасторы, вставшие на путь соглашения с политикой фюрера. Еще в 1932 г. был создан так называемый Союз немецких христиан. 14 июля 1933 г. рейхстаг принял постановление о создании новой Имперской Церкви, главой которой был избран представитель «немецких христиан» епископ Людвиг Мюллер. Союз немецких христиан исповедовал некоторые принципы нацистской идеологии. «Бог даровал нам особый порядок в лице нового вождя», — заявляли учредители союза.
Дитрих Бонхёффер, а вместе с ним такие известные богословы, как Мартин Нимёллер и Карл Барт, не поддержали «новую религию». 31 мая 1934 года в городе Бармене (ныне Вупперталь) прошел так называемый Чрезвычайный Синод лютеранских пасторов. На Синоде была принята декларация (так называемая Барменская Декларация), в которой провозглашалось создание Исповедующей Церкви (Bekennende Kirche). Церковь отказывалась признать власть имперского епископа Мюллера и заявляла о несовместимости христианских догматов с идеологией и политикой нацистов. «Мы отвергаем ложное учение о том, что Церковь якобы имеет право менять образ своего провозвестия и устройства по собственному произволу или в угоду каким бы то ни было господствующим мировоззрениям и политическим убеждениям», — гласил один из пунктов Декларации.
Бонхёффер трудился не покладая рук: рассылал письма и воззвания с объяснением религиозной и политической ситуации в стране, читал доклады и произносил проповеди о верности Христу. Не прошло и года, как его лишили профессорской кафедры и возможности заниматься научной работой.
Несколько раз Бонхёффер выезжал в Америку. Там ему предлагали выгодную и спокойную работу в Нью-Йоркской богословской семинарии. Друзья уговаривали Дитриха не возвращаться в Германию, предупреждая о грозящей опасности. Однако Бонхёффер считал своим долгом остаться на родине.
Вскоре он создает альтернативную по отношению к Имперской Церкви семинарию для проповедников в Финкенвальде и становится ее руководителем. Опыт преподавания вылился в большую книгу «Следуя Христу», которая молниеносно разошлась по всей Германии и оказалась далеко за ее пределами. Центральная тема книги — тема креста, тема сораспятия Христу. «Крест — не горькая судьбина, но страдание, происходящее от единения с Христом. Каждому уже приготовлен его крест, определенный и назначенный ему Богом», — писал богослов.
Особый крест был приготовлен и самому Бонхёфферу. Вся его жизнь была постепенным и добровольным восхождением на Голгофу. Понимая, что Гитлер ведет Германию к краху, Бонхёффер вместе с другими противниками режима решился на достаточно радикальный шаг. Продолжая нести пасторское служение в Исповедующей Церкви, он вступает в группу Сопротивления и участвует в заговоре против Гитлера.
Его арестовали 5 апреля 1943 года. Два года длилась тюремная жизнь Бонхёффера. Единственной отрадой стали любимые книги — Библия, томик Гете, сочинения Плутарха, а также «Записки из Мертвого дома» Достоевского.
Родители, близкие друзья получают от узника письма. В них минимум сообщений о себе, но множество вопросов о жизни на воле и размышления на разные темы. Он шлет из тюрьмы проповедь по случаю бракосочетания друга, стихи невесте, а более всего делится своими раздумьями о судьбах мира, Церкви, о сущности веры.
Богословское творчество Бонхёффера можно разделить на два этапа. Первый непосредственно связан с годами преподавания в подпольной семинарии. Книги «Следуя Христу» и «Жить вместе» нацелены преимущественно на развитие искусства внутриобщинной жизни. Бонхёффер никогда не идеализировал церковное сообщество. Он считал, что в любой христианской общине немало слабых и далеких от совершенства душ. И тем не менее встреча человека с Богом чаще всего происходит в церковной общине.
Второй этап богословских размышлений начинается у Бонхёффера с тюремных врат. Богослов мучительно ищет ответы на вопросы: в чем призвание христианина? Какова степень ответственности Церкви за окружающий мир? Бонхёффер ищет верные пути служения Богу и ближнему. Он пытается определить сущность христианства, его коренное отличие от других религий. Согласно Библии, Бог входит в наш мир путем страданий. Бонхёффер приходит к парадоксальному выводу: Христос помогает человеку не благодаря Своему всесилию, но благодаря Своей слабости.
Тюремные стены, как ни странно, помогли Бонхёфферу пережить радость внутренней духовной свободы. Эту свободу он связывает с «тайной дисциплиной». Дисциплина для Бонхёффера — это усердная молитва, постоянное размышление и самоограничение ради устремленности к главному, к исполнению предначертаний свыше. В тюрьме из-под пера Бонхёффера вышла поэма «Стояние на пути свободы». Эта вещь родилась, когда всякая переписка с внешним миром была запрещена.
Теме соучастия в страданиях Бога богослов посвящает множество статей и писем, написанных в годы тюремного заключения. Впоследствии они будут изданы в виде сборника «Сопротивление и покорность», который войдет в золотой фонд современной христианской классики.
Из-за стремительного наступления англо-американских войск узников поспешно стали перевозить из одной тюрьмы в другую. «Бонхёффер всегда был совершенно спокоен и уравновешен, в хорошем расположении духа, душа его поистине светилась в темном отчаянии тюрьмы, — вспоминал сокамерник пастора англичанин Бест. — Всегда Бонхёффер являл собой само смирение и кротость, он излучал атмосферу счастья и радости даже в связи с самыми незначительными событиями жизни».
На пути в концлагерь Флоссенбург тюремный автобус сделал остановку в лесной деревушке, и заключенных размещают в школе. Был праздник Пасхи. Большинство узников попросили Бонхёффера провести богослужение. Все молились, пели духовные гимны. Вдруг раздался голос охранника: «Заключенный Бонхёффер, на выход с вещами!»
И поныне на территории бывшего концлагеря Флоссенбург в Баварии устраиваются церемонии памяти Дитриха Бонхёффера. В прошлом году на встрече, посвященной 60-летию казни пастора-антифашиста, лютеранский епископ Йоханнес Фридрих выразил сожаление о том, что при нацистах часть христиан сотрудничали с режимом. «Мы, Церковь, не можем вспоминать пастора Бонхёффера, не принеся покаяния в нашей собственной вине, — отметил епископ. — Он говорил от лица тех в нашей стране, кто не мог защитить себя сам. Если мы хотим сохранить нашу веру, если мы хотим следовать за Христом, мы должны учиться у Бонхёффера».
