Ушли с головой: что такое иммерсивный театр и как его понимать
Сегодня, стоит лишь зайти в интернет, обязательно наткнешься на что-нибудь «иммерсивное». Спектакль, концерт, квест, ресторан — кажется, что угодно. Догадаться, что это будет на самом деле, сложно, потому что часто всё перечисленное называют «шоу». Что в таком формате ищут зрители и почему нам всё чаще предлагают куда-то «погрузиться» — разбирались «Известия».
Английский пациент
Само слово — заимствование из английского (immersive — создающий эффект присутствия, погружения). Один из принципов театра такого формата — свобода зрителей и их присутствие внутри самого спектакля. В иммерсивных постановках нет разделения на зал и сцену. Вместо них — единое пространство, по которому гости могут перемещаться наравне с актерами. К тому же обычно такие постановки подразумевают наличие нескольких сюжетных линий. Зрителям вовсе не обязательно ходить только за главными героями. Совсем наоборот. Чаще всего создатели спектакля советуют избегать толпы, обращать внимание на второстепенных персонажей или просто интересные детали интерьера. В иммерсивном шоу все они — важная часть авторской задумки.
Спектакль «Больше не спать» (Sleep No More) британской труппы Punchdrunk
Опытами по созданию иммерсивного театра занимались еще в середине прошлого века, но самым масштабным и широко известным воплощением теории стал спектакль «Больше не спать» (Sleep No More) британской труппы Punchdrunk. Премьера состоялась в 2003 году в Лондоне, затем шоу переехало в Нью-Йорк, где идет до сих пор. В основу сюжета положен «Макбет» Шекспира. Действие разворачивается в пятиэтажном здании бывшего склада. Его постановщики превратили в «заброшенный» отель, где каждая комната (а их около 90) стала отдельной зоной. Здесь есть всё — начиная от бальных залов, заканчивая кладбищем. По словам зрителей, увлекательно даже просто исследовать антураж дома. Бродя по комнатам, можно, например, найти тайники, которые открываются только в определенное время.
Правда, легко привыкнуть к такой самостоятельности могут далеко не все зрители. Оказавшись в незнакомой обстановке, многие предпочитают держаться группами. Часто главных героев преследует целая толпа, через которую невозможно не только что-то разглядеть, но даже пройти.
Спектакль «Больше не спать» (Sleep No More) британской труппы Punchdrunk
И тем не менее такой новаторский формат театральной постановки поразил и простых зрителей, и критиков. «Это был прекрасный вечер в аду, мне нужно какое-то время, чтобы оправиться от него», — писал обозреватель New York Magazine Скотт Браун.
На российской почве
В России первые спектакли такого рода стали появляться в 2004–2006 годах. Сначала их называли «бродилками» или спектаклями-променадами. Главное, что сближало их со Sleep No More, — отказ от кресел. Формально же это могли быть тематические экскурсии или театральные постановки, в которых не подразумевалась свобода перемещения — зрителям можно было лишь идти за актером или проводником.
К 2013–2014 годах стали появляться более разноплановые проекты. Например, «НОРМАНСК». По словам его создателей, он стал первым в России иммерсивным спектаклем, хотя использовать это словосочетание в афишах тогда не стали.
Спектакль «НОРМАНСК», Центр имени Мейерхольда
«Тогда оно широко не использовалось, к тому же всегда есть риск впасть в театроведческую дискуссию по поводу этого термина. На тот момент команде показалось, что аудитории будет не очень понятно слово «иммерсивный». Поэтому для обозначения жанра выбрали «променад-спектакль». Это очень честно, потому что сейчас иммерсивным называют всё подряд», — рассуждает в беседе с «Известиями» пиар-директор спектакля Евгения Петровская.
Сюжет «НОРМАНСКа» был основан на повести братьев Стругацких «Гадкие лебеди». Действие разворачивалось на всех пяти этажах Центра имени Мейерхольда. Как и в британской постановке, истории героев развивались одновременно и в разных локациях. Зрители могли самостоятельно выбрать, куда идти и за кем наблюдать.
На деле же, как и в «Больше не спать», многие, испугавшись неожиданной свободы, гуськом передвигались по коридорам следом за несколькими персонажами. Смелость остальных была вознаграждена — отделившись от толпы, они смогли найти секретные комнаты, которые открываются лишь в определенное время.
Спектакль «НОРМАНСК», Центр имени Мейерхольда
Авторы спектакля рассчитывали в первую очередь на молодежь. «Аудитория театра в России очень мала, а экспериментального театра — тем более, но выйти на «модников» было просто. В 2014 году театры в принципе набирали популярность, и такого нового контента еще не было дикое количество, как сейчас. Команда «НОРМАНСКа» и режиссер Квятковский тогда уже гремели благодаря хип-хопере «Копы в огне», которая привела в театр вообще нетеатральную, очень молодую и очень продвинутую аудиторию, и все они пришли на «НОРМАНСК», — вспоминает Петровская.
Молодые люди, знакомые с играми и квестами, уже знали: проявляя самостоятельность и заглядывая во все помещения, они смогут найти значительно больше интересного. Принцип иммерсивных спектаклей действительно немного напоминает кат-сцены в компьютерных играх — вы погружены в атмосферу, можете перемещаться по локации и, по желанию других героев, незначительно с ними взаимодействовать, в какой-то мере влияя на события. В шоу зрители тоже могут наблюдать за происходящим, а по предложению актеров даже участвовать в игре. Случается это, правда, пока нечасто. Организовать спектакль с возможностью непредсказуемого развития событий довольно сложно.
Спектакль «НОРМАНСК», Центр имени Мейерхольда
Но даже минимальный интерактив в виде врученной записки, переданного ключа, прошептанных слов, как показывает практика, больше всего запоминается зрителям. Сделать воспоминания еще ярче отечественные режиссеры стараются, создавая всё более мрачную атмосферу на своих шоу. К этому публика, правда, относится по-разному. Молодежь, изначально ожидающая от постановок новых ощущений и сильных эмоций, чаще остается довольна.
«Я до конца не понимала, что там будет, всё загадочно. Когда мы с подругой туда зашли, с самого порога было ощущение, что сейчас что-то произойдет — ощущение тревоги, интереса, как в ужастиках, когда героиня слышит, что в другой комнате кричат, но всё равно идет туда, — вспоминает свои впечатления от одного из таких шоу Оксана. — Поначалу было действительно стремно: темно, бархатные шторы, стены, музыка соответствующая, всё старинное и куча людей в страшных масках, а потом привыкаешь — всё настолько по-настоящему, что чего-то бояться или сомневаться, куда тебе пойти, просто нет времени».
Прощай, молодость
То же шоу глазами взрослого человека воспринимается совсем иначе. Елене 57, ей с мужем билеты на шоу подарил сын. «У него сходили все друзьям, умные, образованные ребята, всем понравилось. Мы тоже решили посмотреть, — вспоминает женщина. — Встречают и правда красиво, а дальше начинаются неприятности. Все давятся, очень мрачно, депрессивно. Может, конечно, сказывается, что я невролог, но мне всё казалось псевдоужасами и студенческим капустником. Все были в восторге от сцен оргий, но мне как взрослому человеку имитация полового акта смешна. Может 20-летним, которые не видели секса, такие подглядывания и интересны, но мне нет».
Уже через полчаса после начала шоу Елена с мужем осмотрели все комнаты и ушли. Их ожидания спектакль не оправдал: «Мы хотели красивое представление в разных залах, а не плохие звук, свет и трагичную, навевающую ужас музыку. В театр мы ходим за хорошим настроением или за чем-то, что затронет сердце и заставит задуматься. Ничего из этого мы здесь не ощутили».
Чтобы избежать разочарований и не обмануться в ожиданиях, зрителям остается лишь внимательнее изучать само описание спектакля. Пока терминологическая база не сформирована, назвать свою постановку авторы могут так, как пожелают.
Эмпирический маркетинг: как бренды создают запоминающиеся иммерсивные впечатления
Старший редактор RB.RU
Мы вступаем в эпоху эмпирического маркетинга. Сейчас опыт потребителя уже не может быть одномерным. Наиболее эффективные впечатления многослойны: это позволяет создавать незабываемые, измеримые и иммерсивные впечатления, которые превосходят ожидания потребителей.
Том Берч из Pixel Artworks, креативной продюсерской компании, которая создавала иммерсивные впечатления для таких компаний, как Adidas, Disney и Macallan, описал пять слагаемых незабываемого и захватывающего опыта.
Внедрение иммерсивной технологии
После пандемии 76% представителей поколения Z по-прежнему хотят получать физический и реальный опыт вместе с такими же людьми.
Сейчас технологии переживают ускоренную трансформацию. По мере того как диджитал и экраны становятся частью повседневной жизни, бренды все больше осваивают иммерсивные технологии — это даст им возможность привлечь потребителей, предоставив им опыт в реальной жизни.
Недавно LEGO открыла свой флагманский магазин в США, создав совершенно новый способ познакомиться с брендом. Посетители могут посидеть в LEGO-такси в натуральную величину или поиграть в интерактивной лаборатории Brick Lab.
На фоне потребительского спроса и ожиданий от мира искусства все больше брендов стремятся обеспечить полное погружение.
Еще один пример— презентация Genesis на автосалоне в Чэнду. Передовой дизайн стенда с двумя вдохновляющими точками соприкосновения Genesis Galaxy Room и G70 обеспечили истинное погружение, заставив людей почувствовать себя частью альтернативной среды.
Брендам необходимо использовать это пространство, где их аудитория полностью вовлечена.
Геймификация впечатлений и создание контента в реальном времени
Как только аудитория погружается в среду, бренд полностью завладевает ее вниманием. Основная задача — сохранить его. Именно здесь пригодится опыт игровой индустрии — не только в плане геймификации и невероятно высокого времени пребывания, но и создания контента в реальном времени.
Это становится все доступнее благодаря расширенной реальности (XR) и виртуальному производству. Бренды также могут внедрять технологии реального времени, чтобы повысить вовлеченность удаленной аудитории по всему миру.
Omen Challenge от HP Omen — отличный пример того, как можно пойти еще дальше и объединить физический и цифровой опыт в рамках киберспортивного турнира. Для турнира разработали специальный игровой уровень.
Во время трансляции можно было видеть игроков и задавать им вопросы. Всего она набрала почти 500 тыс. зрителей.
Дополненная реальность и носимые устройства первого поколения
Сейчас потребители как никогда открыты для использования технологий, которые помогут улучшить опыт. Возможно, что причиной адаптации стало отсутствие меню в ресторане, но теперь связь между мобильным телефоном и захватывающим цифровым опытом, наконец, возможна и становится все более бесшовной.
Адаптация QR-кодов для подключения к AR-интерфейсу демонстрирует, как дополненная реальность проникает в повседневную жизнь. Это решило одну из основных проблем, связанных с подключением устройств к иммерсивному опыту. Кроме того, взаимодействие с телефоном можно адаптировать для развлечения или обучения, а данные можно отслеживать и измерять.
Также этим опытом можно насладиться и дома. Иммерсивный цифровой опыт и AR-миры сближаются и сталкиваются.
Взаимодействие с подключенным контентом
Создавать впечатления — это еще не все. Крайне важно создавать контент, которым можно будет делиться на цифровых платформах и каналах. После того, как клиент получает доступ к иммерсивному опыту через смартфон, у бренда появляются новые возможности.
Коронавирус показал, что на самом деле нам не нужны магазины, чтобы тратить деньги — цифровые технологии сделали свою работу. Таким образом, погружение в реальную жизнь со слоем AR не только расширит наш онлайн-опыт, но и поможет бренду отправиться в цифровое путешествие. Это открывает путь в новую экосистему подключенного контента.
Недавно Facebook уже представил «умные» очки. Вероятно, пройдет совсем немного времени, прежде чем появится первое поколение носимых устройств, и именно поэтому брендам стоит инвестировать в подключенный контент.
Периферийное зрение подобных очков неизбежно будет ограничено, поэтому сначала придется объединять иммерсивные впечатления и AR-устройства, чтобы создать действительно захватывающий и бесшовный контент.
Измерение показателей
До коронавируса термины, связанные с опытом, в основном звучали как «впечатляющий», «масштабный» и «невиданный». Теперь наше внимание сосредоточено на «измеримости». Для брендов важно понимать, насколько эффективный иммерсивный опыт они создают.
Показатели должны начинаться с ощутимой измеримости, а затем добавлять ценность, создаваемую с помощью цифровых каналов. Многочисленные иммерсивные мероприятия, которые проходят после снятия ограничений, демонстрируют: впечатления, пусть и цифровые, могут стимулировать продажи билетов и измеримость.
Поскольку мы вступаем в эту новую эру эмпирического маркетинга, бренды должны постоянно стремиться соответствовать ожиданиям потребителей. Планируя через призму этих пяти уровней, бренды могут создавать впечатления, которые создадут долгосрочные и значимые связи.
Фото на обложке: Prostock-studio / Shutterstock
Иммерсивные технологии для бизнеса: как создать уникальный эмоциональный опыт для сотрудников?
Пять главных принципов иммерсивного мероприятия и практические кейсы с решениями для HR- и T&D-задач.
Фотографии с перформанса Саши Фроловой и труппы VOZDUKH Center, МОММА. Фотограф Анна Варич
При точном переводе получается, что иммерсивный процесс – это нечто, что позволяет участникам погружаться в искусственно сформированные условия, в которых возникает особое эмоциональное состояние, эффект полного присутствия в смоделированных обстоятельствах.
В компьютерной сфере этот эффект достигается за счет виртуальных технологий, дополненной реальности и общей драматургии, например, хода игры. В театральной среде принцип иммерсивности стал выражаться в том, что зрители вышли из «партера» и начали путешествовать вместе с актерами по пространствам самого театра, в атмосфере старинных особняков, заброшенных фабрик – в моделируемой реальности. В театральной «иллюзии» есть возможность использовать то, что пока недостижимо в виртуальной: осязание, обоняние, объемную визуализацию, тактильность и телесность, живой контакт.
Идея погружения родилась из необходимости смены роли зрителя в театре – переход от объектности режиссерского и актерского воздействия к большему диалогу и сотворчеству, с одной стороны. С другой стороны, из необходимости находить новые способы поддержания театральной иллюзии и восхищения зрителя, за чье внимание конкурирует большое количество разного рода интертеймента.
Анализируя опыт в театральной сфере, можно увидеть за счет чего творческие команды создают погружение:
Этот эффект похож на опыт получаемый участниками в ролевых играх, потому что взятая роль, словно начинает двигать тобой и эмоциональное вовлечение порой зашкаливает. При этом, в иммерсивном действии используется больше инструментария для эмоционального погружения и в то же время, есть ряд ограничений для инициативы зрителей внутри спектакля. Они действуют в условиях, заданных режиссером. Так как действие построено драматургически, то в нем условно «прогнозируется» некое состояние, выводы из опыта, вопросы, с которыми участники выходят после действия.
Кто-то может сказать: «При чем здесь бизнес и иммерсивный спектакль?»
Например, слово вовлеченность не новое для бизнеса, и, возможно, оно имеет похожие внутренние корни с театральными тенденциями.
У бизнеса есть потребность в большей активации сотрудников – в эмоциональном, интеллектуальном, физическом состоянии, которое мотивирует персонал на активность, качественную работу и инициативность в работе. Нужен больше, чем просто исполнитель, больше, чем просто зритель.
Помимо театральной иммерсивной практики внимание бизнеса может привлечь перформанс-арт и арт-активизм.
В ряде работ перформеров активно исследуется коммуникация со зрителем: он (его реакции) становится неотъемлемой частью действия. Примеры работ можно найти у Йоко Оно, Марины Абрамович, Тино Сегал, Катрин Ненашевой и других. Развитие идей пришло к тому, что речь идет не просто о временном вовлечение зрителя в процесс для эмоционального переживания и исследования границ и возможностей темы. А также о взаимодействии, сотворчестве, развитии отношений между художником и сообществом. Перформанс «В присутствии Художника» Марины Абрамович открыл новые возможности бытия и контакта художника и зрителя.
Творчество Катрин Ненашевой на текущей момент неразрывно от ее со-творцов, волонтеров, которые вместе с ней в проекте «Штаб» осуществляют акции, например, о проблематике подросткового суицида. Практика Катрин вдохновляет на то, что язык искусства может разделяться между художником и остальными людьми. Что творческие, созидательные возможности заложены в каждом из нас, и сотворчество усиливает художественное высказывание.
В перформанс-арт не создают театральные декорации. В нем используют пространство жизни как место для действия, находят минималистичные, но точные с точки зрения смысла решения. Много уделяют внимание контакту, который способствует рождению совместного творческого акта, совместному переживанию, действию.
Это важная предпосылка для бизнес-проектов. Потому что бизнес-поле – это поле решений, активных действий, коммуникаций, сотрудничества и сотворчества. В любой бизнес-коммуникации заложено то или иное сообщение. Это свой язык, но в нем действуют похожие закономерности.
Еще одна предпосылка, о которой хочется упомянуть, это пока мало развитое в России направление, Applied theatre. Специалисты в этой области активно работают в школах, учебных заведения, социальной сфере, бизнесе, в основном за рубежом. И используют различные театральные направления и методики (театр угнетенных, плейбек театр, театр для сообществ, социодрама и другие) не для сцены, а для решения прикладных задач – обучения, развития, работы с конфликтами, развития комьюнити. Инструменты, которые используются, близки по содержанию актерским тренингам, результат на выходе – peer to peer спектакли (равный-равному). Задумайтесь об эффекте спектакля от топ-менеджеров для похожей среды топ-менеджеров, созданном по сценариям, написанным самими менеджерами. В этом подходе зрителя окончательно переводят в роль режиссера и актера.
Почему на Applied theatre есть спрос? Потому что в обществе есть запрос на активные, вовлеченные и деятельные сообщества. Хочется большей зрелости и осознанности от людей в том, как они живут и строят жизнь вокруг. Синхронность с потребностями бизнеса, не правда ли?
Театральный инструментарий позволяет развивать широту видения людей и умения, которые диктует новое время. Театральные методики легки в восприятии, физически и эмоционально вовлекают и способствуют трансформационным процессам в коммуникации.
Спрос на таких специалистов будет расти в скором времени и в России. И наша команда уже готова развивать профессиональную программу в этом направлении.
Обобщая развитие иммерсивности в театре и перформансе можно выделить ключевые компоненты, которые позволят создать правильную вовлекающую атмосферу на событии:
Наша команда VOZDUKH Center вводит в обиход понятие бизнес-перформанса – особым образом срежиссированные события, которые оставляют у сотрудников запоминающийся опыт, переживания, эмоции. Это работа на уровне смыслов и ценностей, которая неизбежно трансформирует поведение сотрудников. Бизнес-перформансы носят иммерсивный характер и могут являться как отдельными событиями, так и входить в комплекс проектных активностей для бизнеса.
Кейс №1: Корпоративное счастье.
Одним из первых бизнес-перформансов стало событие, в котором важно было работать с идеями корпоративной культуры счастья. Событие совпадало со стартом новой HR-стратегии в компании. Команда вдохновилась работой художника Тино Сегала «Прогресс» и пригласила 120 участников в неожиданное для них приключение.
Погружение началось с прекрасного пространства – здание музея, расположенное в старом законсервированном особняке. Каждого человека встречал ребенок, потом проводник юношеского возраста, потом зрелый человек и проводник элегантного, пенсионного возраста. Участники в парах с подготовленными проводниками путешествовали по 3-х этажному особняку, вспоминая и разговаривая о своих детских мечтах, профессиональных выборах, кризисах и достижениях, путешествуя в будущее к новым перспективам. Каждый разговор имел ограничения в теме, но каждый раз это была реальная встреча людей, которые говорили о чем-то значимом и важном. Случился творческий перформанс-коучинг, где неожиданно для себя сотрудники соединились со смыслами своего профессионального пути и развития.
Путешествие приводило участников в пространства, которые моделировались различные направления деятельности компании и через творческие взаимодействия с перформерами в каждой из «комнат» участниками расширялись смыслы своей HR-практики и ее влияние на бизнес. Мы оставляли их наедине перед музыкальными пюпитрами и играющим оркестром для рефлексии того, какую «музыку» в компании играют они, что привносят в компанию, кто и как помогает им на пути и как они могут создать похожие условия для других. Мы слушали и танцевали их истории профессионального счастья и помогали им осознать пережитый опыт.
Безусловно, такое неожиданное для людей действие сопровождалось и последующей бизнес-частью, но к ней участники пришли с высоким уровнем открытости и вовлеченности в новые идеи. В этом перформансе были использованы ранее выделенные принципы: работа с пространством и атмосферой, коммуникация со зрителем, физическое вовлечение. Помимо этого, мы выстраивали драмматургию так, чтобы привести людей к бизнес-осознаниям.
Кейс №2: Клиентоориентированность.
Следующий бизнес-перформанс был посвящен клиентоориентированности. Одним из самых важных результатов события были откровения сотрудников на рефлексии: «Я уже много проходил тренингов на эту тему, но сегодня я, действительно, по-настоящему ощутил, что значит взаимодействовать с клиентом, как с человеком, как быть не просто функцией в работе, а быть Человеком и общаться с эмпатией к другими»
Была задача: не отрывать людей от места их работы. В их рабочий день был встроен ряд перформативных элементов. Например, в режиме реального времени они пробовали различные варианты контакта с клиентами и в этом опыте постепенно больше вглядывались в клиента как в человека: сотрудники сами становились перформерами. Без влияния Марины Абрамович тут не обошлось. Мы создали зону особого контакта между клиентами и сотрудниками, где они в ходе взаимодействия вдруг сильно меняли отношение друг другу и за 15 минут контакта выходили с опытом запомнившейся встречи. Особенности контакта репортажно фиксировались талантливым фотографом Анной Варич и превратились впоследствии в большие постеры на тему равенства и партнерства между клиентами и сотрудниками.
Все активности этого дня были выстроены драматургически последовательно. Помимо этого они имели и свою методическую оправданность. Например, одна из идей была в том, что выстраивание человеко-ориентированных отношений невозможно при воздействии на одного из субъектов общения. Гипотеза была в том, что вовлекая самих клиентов в новый тип контакта с сотрудниками, создается взаимный процесс трансформации и опыт проживания. Поэтому часть активностей были созданы так, чтобы сотрудники и клиенты выходили на уровень партнерского взаимодействия, и творческая форма им помогала в этом.
Безусловно, комбинирование перформансных элементов с рефлексией, что отсутствует в театральной практике, имеет большое значение для бизнеса.
Этот опыт был тиражирован и передан как технология работы по всей разветвленной сети компании. В том числе потому, что было зафиксировано влияние мероприятий на КPI-показатели в компании (лояльность клиентов, лояльность сотрудников, товарооборот).
Что же делать сейчас в пост-ковидное время, когда контакт требует дистанции и онлайн-общение сокращает возможности для иммерсивности?
Появились новые форматы бизнес-погружения, но уже в онлайн-среде. VOZDUKH Center выбрал форму виртуальных путешествий. Принципы остались те же: погружение происходит за счет создания атмосферы посадки на самолет и полета; за счет живого диалога и коммуникации с жителями других стран; за счет взаимодействия между участниками полета и даже пост-событий – отправки открыток из города путешествия.
Венеция – это самое актуальное направление сегодня. Культура, история, необычная жизнью города – это большая метафора про адаптацию в жизни в непредсказуемых условиях. В этих путешествиях побывали и врачи, для которых событие стало новой маркетинговой формой; и банковский работники по итогам завершения проектов; и компании во время стратегических сессий, когда надо расширять точку зрения или отменить новогодний корпоратив.
Фотографии с гибридного полета в Венецию в рамках Talent Management Форум, Журнал Штат, 2021
Действительно, корпоративные университеты научились отлично работать с навыками и знаниями: тренинги, тренажеры, разного рода симуляционные игры отлично работают с этими категориями. А все то, что касается работы с ценностями, смыслами, установками – всегда вызывает сложность. Иммерсивные техники способны работать именно на этом уровне.
Формат бизнес-перформанса актуален в вопросах, которые связаны с мета-навыками. Там, где нужно большое эмоциональное погружение и осмысление темы. Например: как помочь стартаперам не бояться будущих провалов? Это почти невозможно. Но можно создать процессы, которые формируют поддерживающие нарративы и укрепляют контакт с внутренней верой в себя и своей идеей. Именно так мы работали, создав бизнес-перформанс «Дорога к мечте» и получив подтверждение от исполнительного продюсера программы МШУ Сколково Дарьи Люлькович, вместе с которой мы создавали это событие:
В силу иммерсивности трудно поверить, пока не окунешься самостоятельно в этот мир. Погружайтесь вместе с нами!
Огромная благодарность главному режиссеру VOZDUKH Center Ольге Саначиной за помощь в подборе и оформлении материала!
